— Верни мою дочь, Робена, — тихо, но властно приказал Малькольм.
— Нашу дочь, Кольм, — возразила она.
— Ты с рождения отвергла ее, а когда и вовсе бросила, утратила право называться матерью. Фиона только моя дочь.
— Она называет твою шлюху мамой! Думаешь, я позволю, чтобы ее растила эта английская тварь с бледной рожей?! Да еще называла матерью?
— Аликс была куда лучшей матерью, чем ты. И проводила с ней куда больше времени. Бейн, возьми Фиону.
Но Робена заставила лошадь попятиться.
— Ни с места! — приказала она Бейну.
— Семь лет назад я пощадил тебя, Робена. Но больше этому не бывать, — бросил лэрд. — Я предупреждал: если ты ослушаешься меня, брошу тебя в подземелье старой башни.
— Ты никогда этого не сделаешь и не получишь Фиону! — завопила Робена и, развернув лошадь, ударила в ее бока каблуками.
Бедное животное, испугавшись, рванулось вперед и исчезло из вида вместе с визжавшей наездницей и Фионой.
— Какого черта… — пробормотал растерянный лэрд.
— Подождите, милорд, подождите! — закричал Бейн и, спрыгнув с коня, медленно пошел вперед.
— Господи! — ахнул он, когда земля едва не ушла у него из-под ног. Оказалось, что он стоял на краю крутого обрыва, у подножия которого бурлила река. — Здесь нужно идти пешком. Скорее, милорд. Скорее!
И он стал спускаться вниз."
"Малькольм последовал его примеру. Вскоре они оказались у трупа искалеченной лошади, придавившей и Робену, и девочку. Мужчины постарались как можно быстрее сдвинуть в сторону мертвое животное. Шея Робены оказалась сломанной.
Малькольм послал капитана вперед, чтобы предупредить об их приезде и открыть ворота, а сам пустил лошадь шагом, держа раненую дочь на руках.
Аликс и Фенелла уже ждали. Бейн взял Фиону у хозяина из рук и, следуя указаниям женщин, внес девочку в дом. Когда лэрд вошел в зал, он никого там не увидел.
— Где моя дочь? — спросил он у ошеломленного Айвера.
— Маленькую госпожу отнесли в ее спальню.
В глазах управителя стояли слезы.
— Она сильно покалечена? Я послал за священником.
Ледяная рука сжала сердце Малькольма.