Думает, стану умолять её передумать? Да щас же! Больно надо! Закатываю глаза, разворачиваюсь и иду прочь. Подумаешь! Жди! И подожду!
Ждать приходится недолго. Спустя несколько дней, поздним вечером, когда я уже собираюсь готовиться ко сну, меня срочно вызывают в рабочий кабинет Императора.
16. Больше не твоя
Аурэлия."
"Иду по коридорам в сопровождении фрейлин. Факелы на стенах отбрасывают тени, которые почему-то кажутся мне зловещими. В коридоре гуляет сквозняк и пахнет сыростью и пылью. Что такого срочного стряслось, что Мирантор вызывает меня в неурочный час?
Стук наших каблуков стихает возле стражи, застывшей у входа в императорский кабинет.
Я уже была здесь однажды, и сейчас окидываю взглядом знакомую приёмную. Кресла шести личных секретарей Мирантора почему-то пустуют. На столах из красного дерева разбросаны листы пергамента, зияют чёрными горлышками незакрученные чернильницы. Такое чувство, будто всем пришлось в спешке покинуть рабочие места.
Дверь в кабинет Императора приотворена. Пожимаю плечами и иду вперёд, но замираю на месте, когда слышу своё имя.
— Аурэлия совсем юная, доверчивая, кто защитит её там? — голос Райгона, звенящий и злой.
Я сразу различаю мельчайшие оттенки его интонации, и сейчас он в тихой ярости.
Мирантор что-то бубнит в ответ, мне плохо слышно. Затаив дыхание, крадусь на цыпочках к двери.
— Ты сам говорил, что для того, чтобы взять золотые прииски Севера и его алмазные шахты, нам надо сначала заткнуть Юг.
— Не слишком ли высокая цена за шахты и золото? Мы и так их получим, я же предложил варианты…
— Твои варианты слишком долгие, а я устал ждать.
— Но этот больной ублюдок…
Дальше голос Райгона понижается, и я опять ничего не могу разобрать, хотя уже почти прижалась ухом к двери, бесстыдно подслушивая.
Но мне нужна правда, которую в лицо мне никто не скажет. Райгон уж точно, в последние дни он будто избегает меня. Его советы, подсказки незаметно на ухо, помощь — всё это есть, но исключительно по делу, чтобы я нигде не ошиблась и не навредила себе.
Когда он рядом, даже Крижария не смеет ко мне цепляться.
Но сейчас дело не в ней. Что-то надвигается, и я должна знать, что именно, чтобы быть готовой.