Стефа сидела напротив, не позволяя себе лишнего движения. Лисса сразу же отругала себя, что не отпустила кормилицу раньше. Ведь женщина уже немолода, устаёт быстрее, хотя никогда не признается в этом.
— Где мы? Почему остановились? — кутаясь в тонкий шерстяной плед, расцвеченный красно-зелёной клеткой, спросила у спутницы Лисса.
— Мы становимся на ночь в каком-то селении. Часть воинов расквартировывается по домам местных. Мастер Колби сказал, что наши люди уже устроились. Здесь есть постоялый двор со свежим бельём и неплохой кухней.
Лиссандра встрепенулась, оправила на себе платье, которое примялось во время сна."
"— Я всё проспала! — её люди нуждаются в ней! А она тут спит и сопли распускает! Недовольно фыркнув на саму себя, герцогиня решительно вышла из повозки.
Дождя уже не было. Но воздух изумительно пах свежестью. Прохлада приятно обволакивала тело после жарких дней и духоты закрытого пространства повозки.
Лисса посмотрела себе под ноги, размышляя над тем, что её тканевые туфельки, в которые она переобулась с утра, могут не выдержать встречи с размокшей землёй.
Вернуться в повозку, чтобы переобуться, она не успела. К ней решительно подошёл супруг. Герцог Гренстон пребывал в хорошем настроении, несмотря на то, что дождь вымочил его до нитки.
— Миледи, — в полупоклоне склонился герцог перед супругой, — позвольте справиться о вашем здоровье.
«Не дождётесь!» — рвалось язвительное с языка, но Лиссандра сдержалась и ответила:
— Всё хорошо, милорд. Чашка успокоительного чая и дневной сон творят чудеса. Я могу снова сесть в седло.
— От вас не потребуются такие усилия, миледи. Сегодня мы будем ночевать под крышей.
Лиссандра покорно согласилась, понимая необходимость подобных встреч.