Бесстыдное скандальное платье плотно обхватывало поплывшую фигуру. Ни одна женщина не позволяла себе подобного наряда. Наоборот, было принято до последнего скрывать беременность от посторонних взглядов."
"— Что здесь происходит? — в полной тишине спросил герцог. — Потрудитесь пояснить, лорд Рочер, — герцог помедлил возле замершей супруги, смотрящей в одну точку перед собой. Так и не дождавшись от неё ни жеста, ни полслова, герцог сел на своё законное место и обратил взгляд на рыцаря. — Я вернулся домой из похода, и вместо встречающих с радостными улыбками вижу только стенания, слёзы и… молчание.
Лиссандра не могла понять, о чём говорит герцог. Слова доносились издалека сплошным шумом на фоне яркого, полного деталей образа баронессы Бейли, крепко прижимающейся к груди милорда, сидящей впереди него верхом на жеребце. Перед глазами так и застыла картина — сильная крупная ладонь герцога в защитном жесте лежала на животе любовницы. И выражение лица Клотильды — счастливое и довольное, словно она получила желанный подарок.
Лисса с трудом судорожно вздохнула, заставляя себя обратить внимание на то, что происходило вокруг.
Лорд Рочер успел поднести герцогу свиток с приговором, в котором перечислялись все обвинения, предъявленные барону Бейли. И герцог, хмурясь, внимательно читал. Эрику было сложно поверить фактам. Когда предают доверие, это бьёт по самолюбию. И ощущать себя глупцом, которого легко можно провести, тоже приятного мало. И вот так сразу, на словах, сложно поверить, ведь раньше ни с чем подобным не сталкивался.
Ознакомившись со свитком, герцог взглядом нашёл барона. Тот так и висел на руках между двумя столбами. Вздувшиеся красные рубцы тянулись ровно поперёк спины. В первом ряду напротив барона стояла Клотильда, утирая платочком хрустальные слёзки. Девушка взывала к справедливости. Что ж, герцог был согласен поступить по закону. От людской подлости самому стало противно. Только во всём нужно разобраться лично.