Когда я об этом узнал, спросил его:
– А что такой рейтинг слабый? Один к пяти?
– У меня только револьвер был, а они кучей стояли, – с готовностью рассказал он. – Первому башку снес, а остальным куда попало влепил, одного в реанимации откачали.
– Пистолет надо носить и магазины менять быстро, – сказал я ему тогда наставительно.
Сейчас же Дес выглядел не слишком довольным жизнью.
– Меня в Гранаде в пятый модуль посадят, – буркнул он. – Там же только террористы и убийцы. Почему меня к ним?
– Ну… может, потому, что у тебя пять покушений, но одно все же убийство? – высказал я предположение.
– В других модулях убийц как дерьма. Почему я?
Прокурор затребовал для Деса тридцать лет, но приговора еще нет. Испанский суд вообще странный, приговор объявляют не сразу, а через недели, а иногда и месяцы.
– Это Испания, Дес. – Это универсальный ответ, и всем сразу все понятно.
– Кстати, Дес, тут сказали, что видели Марко, – к нам подошел Рауль, колумбиец, попавший сюда за наркотики и что-то там еще.
– И что? – Дес обернулся.
– Это Марко тебя вложил.
Рауль довольно молодой, тридцати еще нет, большой фанат всяких боевых искусств, по полдня отжимается во дворе на кулаках и растяжкой занимается. На латиноамериканца, к слову, тоже не похож, как и Хорхе. Вылитый испанец. Только одевается малость слишком уж ярко.
– Марко? – Дес аж присел. – Значит, Марко snick?
– Кто? – не понял Рауль, говорили они по-испански.
– Snicky prick! Кто-то, кто заходит сзади, чтобы неожиданно тебя поиметь! – Дес изобразил, как крадется Раулю за спину. – Он здесь остается?
– Да, его в облегченный модуль перевели.
– Манда вонючая. – Дес начал злиться. – Мне тридцать лет и пятый модуль, а его в «модуло респекто»?
– Успокойся, все равно он далеко, – сказал я.
Кто-то похлопал меня по плечу, я обернулся. Ну да, Николай, скорее даже Николаэ. Николай – румынский цыган, хоть принадлежность к этому племени отрицает изо всех сил и к испанским цыганам относится крайне плохо, при виде их фыркает и даже плюется.