Морозову не до елки, на его лице нетерпение, но он сдерживается. Больше ни о чем не спрашивает.
— Да тут игрушек на две елки, не меньше. — Саша присел на корточки и выбирает игрушки. — Как тебе эта? Симпатичный олень, ты посмотри, какие у него рога!
Глаза разбегаются от такого разнообразия. Кажется, все самое дорогое, яркое и пестрое, что я не позволила купить Морозову для нашей с папой елки, собралось в этих двух коробках.
— Кстати, а где снегурка, которую ты вместе с дедом мне покупал? Помнишь?
— Обижаешь.
Посмотреть не успеваю, потому что снова звонят в дверь.
— Еда! — возвещает Морозов.
И точно, еда. Через пару минут Саша уже шуршит пакетами, ставя готовые блюда на стол, на котором уже горят красивые свечи. — Отлично, еще горячее. Никогда у меня такого спонтанного Нового года не было.
Он еще что-то бубнит себе под нос, принюхивается к тарелкам, цокает языком, отпускает комментарии в адрес поваров, которые все это приготовили… А я ловлю себя на мысли, что эта квартира, которая так мне не понравилась в первый раз, уже не кажется бездушной.
— Сейчас помогу, ты на верхушку не тянись, я сам. — Бугай отбирает у меня золотистый наконечник и сам надевает его на макушку. — Ну вот, давай еще вот здесь и здесь. Как тебе этот клоун?
— Это петрушка, Саша. И у него очень грустное лицо.
— Ты тоже не улыбаешься. А через полчаса Новый год. Может, поешь чего? Надо проводить старый год.
— Не думала, что ты знаешь и, главное, чтишь традиции.
— Я просто не могу все время есть один. Пошли.
На столе расположился филиал гастрономического рая, неудивительно, что Морозов так прыгал вокруг еды. Даже у меня слюнки потекли. Одной соленой и копченой рыбы тут две больших тарелки ассорти. Салаты с крабами, креветками, заливное… Морозов — фанат морепродуктов? Я вообще думала, что он по мясу спец.
— Садись! — Указывает мне на стул, а сам тянется к бутылке шампанского.
Это шампанское намного вкуснее и слаще. Наверное, потому что я пью его с губ Морозова, наглых и бесстыжих губ, которые без спроса вытворяют черт знает что!"
"Ловлю его нахальные руки на своей попе, но толку-то? Лишь сильнее сжимает и еще ближе к себе притягивает.
— Мне нравится, как мы провожаем год, — шепчет мне на ухо. — Все, как я хотел, и даже лучше.