В конце концов, он акционер и единственный сын хозяина банка. Я думала, там все давно решено и лишь вопрос времени, когда Морозов-младший сядет в карьерный лифт и помчится на нем ввысь.
Вчера я вытаскивала из него чуть ли не клещами информацию о том, что произошло. Мама времени зря не теряет. Все, как я и говорила: рвется в бой и хочет, оказывается, не просто работать в Москве, а возглавить этот самый московский филиал, который Морозов уже считал своим. Он изо всех сил вчера держался, но я чувствовала его злость, а еще то, что он явно не намерен сдаваться.
Прикрываю глаза и пытаюсь прогнать из головы мысли. Я слишком близко воспринимаю чужие проблемы. Не чужие, тут же поправляю себя, это проблемы моего парня. Как же было бы легко, не будь он маминым пасынком.
Прячу под одеялом телефон и листаю наши с ним фотки. Такие беззаботные…
— Вик, если ты проснулась, включай свет. — До меня доносится мягкий папин голос. — Я уже не сплю.
На часах всего лишь полшестого, но нам обоим понятно: больше сегодня не заснем. Так что сначала в душ, а потом чай. Может, он хотя бы немного взбодрит и выгонит из головы переживания.
Папа успел одеться и готовит завтрак, когда я выползаю из ванной. Душ не принес легкости, зато помог окончательно проснуться.
— Ты так рано встала из-за того, что у тебя сегодня первый день в новом вузе?"
"— В том числе, — отвечаю я. — Немного волнуюсь. Честно говоря, не понимаю, чего ждать. Я там никого не знаю.
— У тебя в девять первая пара, так?
Молча киваю и вдыхаю аромат черного чая с чабрецом и мятой. На плите жарятся сырники. Помню, как много лет назад, тоже утром, застала родителей на кухне.
— У меня занятия в девять. Морозов обещал приехать в полвосьмого и отвезти на пары. Сегодня у всей страны первый рабочий день — представляю, какие будут пробки. Надеюсь, успеем.