И еще он понял, что не будет больше пасти ларечников – пусть другие пасут, кто попроще и помоложе.
Он сам не знал, откуда у него взялась такая уверенность. Просто что-то резко поменялось в его судьбе.
Перед Савиком открывались невиданные перспективы.
* * *– Титановый сплав, унификационного номера в Госстандарте нет, – обстоятельно докладывал Гарянин. – Зато в секретном приложении «Военная промышленность» его формула имеется, по ней Сименкин и произвел идентификацию. Сплав создан в 1985 году, исключительно прочен, жароустойчив, не подвержен коррозии.
– Вот как, – сказал Фокин. Мысли его были далеко.
– В восемьдесят пятом четыре килограмма пошли на обтекатель разведывательного спутника «Протон», – продолжал Гарянин. Он видел, что шеф не в себе, но личные проблемы не могут остановить расследование дела государственной важности.
– Через год три килограмма – на оболочку экспериментального портативного ядерного фугаса, тогда же НИИ-47 изготовил два корпуса ядерных чемоданчиков – основной и резервный.
«Почему именно в этот день? – тяжело думал Фокин. – Сказали: „обнаглел“... Что я такого сделал? Как раз и ничего... Вначале был на осмотре, потом составлял справку Ершинскому, потом прикрывал Чуйкова...»
– Я позвонил в Федеральную службу охраны, – в голосе оперативника отчетливо прорезались нотки гордости. – Оба чемоданчика на месте.
– Странно, очень странно, – вслух сказал Фокин, и Гарянин отнес реплику к своему рассказу
– Но дело в том, что в начале восемьдесят седьмого тот же НИИ изготовил еще два чемоданчика по заказу ЦК КПСС, – торжествующе произнес он.
– Да? – вяло удивился майор.
– Других вариантов нет.
Прозвонил телефон, и Фокин схватил трубку. Апатия и отрешенность мгновенно прошли.
– Слушаю!
– Ей показали наши альбомы, – сказал Клевец. – Она никого не узнала..
«Идиоты! Она сразу сказала, что их не видела!»
– По сперме тоже ничего не вышло. Группы распространенные – вторая и третья, в банке данных таких сотни... Сейчас трясем всех подучетных, подняли агентуру. Татарин – кличка ходовая, ищем. Будут новости – сообщу.
– И если не будет, сообщай. Потом на доклад зашел Дьячко."
"– Это суперсекретная взрывчатка для спецопераций! – с порога выпалил он. – Произведена во взрывотехнической лаборатории внешней разведки.