А тут, когда легче лёгкого представить на месте вот этого безымянного паренька своего внука, тогда и говорить не о чем. Хозяйка подняла заплаканные глаза на подошедшую Селену.
— Фрея, вы только рук не опускайте! Чтоб вам эти гадюки на всяческих приемах не шипели в спину! — тихим шепотом, но горячо убеждала она Селену, которая и так не собиралась прекращать борьбу, начатую ещё ее прабабкой. — Это чего же в жизни не хватать должно, чтоб так измываться? Это же разве нормально? Руки бы поотрывать, пришить наживую и снова поотрывать! Мало вы им отсыпали, они милосердия ни к кому не проявили!
— Чем я буду отличаться от этих чудовищ, если буду поступать как они? — мягко ответила женщине Селена и перевела разговор на паренька.
— Да, спрашивала, когда в себя приходил. Из рыболовов он, с белого побережья. Сирота, сами знаете, северные края суровые. — Торопливо рассказывала, все, что успела узнать хозяйка. — Жил с дедом по отцу, а когда тот за перевал ушёл, отправился сюда, мир посмотреть хотел… Посмотрел.
— А ревновать не будет? — такой вопрос только Селене мог прийти в голову.
— Сын у нас младший всё наёмничает, караваны провожает, остепениться не желает. А старший жену привёз, как раз с рыбацких деревень, они там, в большинстве светловолосые и сероглазые, как их море любимое.
Хозяйка не удержалась и провела ладонью по взлохмаченным волосам парня.
— Ну, вот в себя придет и поговорите. И ему лучшая доля, и вам помощь, и внуку желанный брат. — Отходя, сказала Селена.
— Вот тебе и злобные некроманты из детских сказок! — тихо проговорил в след хозяин двора.
Мне вспомнились слова дроу о надежде.