Первое, если тварь при всей своей осознанности вышла слишком опасной или злобной. Второе… не знаю. Пока не знаю. Но скорее всего, как-то это тоже возможно. Надо бы расспросить Белую побольше об этом всём.
Наги поставил несколько убойных способностей, на голову обогнав своих сородичей некродендроидов. Был ли он осознаннее? Даже не знаю. При всей важности этого показателя я крайне редко встречал терминалы, которые могли на это ответить точным числом в процентах. Я даже не знал, есть ли у Наги те самые нужные пятьдесят, или система делает ему скидку за то, что когда-то он был человеком-проходчиком, а не личом.
На этой ноте, халява и закончилась, как я и предсказывал.
Возвращаясь к тому, с чего начал говорить о нашем привале — всё заняло слишком много времени, и пройти терминал все кто хотел, уже не успели.
Но неприятность прила совсем не та, которую мы ожидали.
Всё началось с жужжания.
— Сайна, выключи этот звук, это невыносимо! — послышался голос Эстель.
Наушники уже были на ней, но видимо, сильно не помогали.
"— Какого… хрена? — послышался осторожный голос Рейна. — Эй, поглядите-ка.
— Арк, у нас проблемы, — поддержал его Лис.
Прямо через стену медленно просачивался рой насекомых. Что-то вроде шершней, скрещенных с саранчой. Существа каким-то неведомым образом проходили сквозь стену. И их было… чёрт, их было реально очень много!
Они надвигались единым фронтом — медленно, но неотступно, будто грозовое облако. Или…
— Миазмы! — первой догадалась Белая.
— Пчёлы? — не поняла Сайна.
— Это восемнадцатый, — буркнула первая проходчица. — Я понятия не имею, как выглядят миазмы во второй десятке!
Попытка уничтожать их магией ни к чему не привела. Вернее, существа отлично дохли. И так же отлично агрились на атакующего, потому всё, что успело проникнуть в нашу локацию через стену, сразу же двинулось на нас и так же быстро было уничтожено огнём всей группы.
Но существа продолжали просачиваться сквозь стены. Новые на нас уже не агрились, но стало понятно, что держать оборону вечно не выйдет.
Создавалось впечатление, что миазмы разом накрывают с десяток локаций. Может, так оно и было.
— Эй, Эстер, ты так и останешься тут? Видишь, миазмы даже краску сдирают
— Я рад, что пчёлы пришли. Хотя моя душа грустит по растениям, которые они сожрут и о воде, которую выпьют. Но ничто не бывает вечно. Эстер знает. Теперь Эстер предлагает уходить.