– К сожалению, из-за непогоды у нас вырубили свет, и я не смогла оказать девочке соответствующий уход.
- Где ты повредила ногу?
А это к чему?
Вика снова насторожилась.
- Упала на мосту.
Изворачиваться и вставать в позу она больше не собиралась. Точнее, ровно до того момента, пока её не тронут.
Вика не сделала ничего противозаконного. В отношении ребенка – точно.
- Почему ты решила оказать Эле помощь?
- В смысле? – Вику настолько удивил вопрос Валгарова, что она снова посмотрела на мужчину.
Тот, в отличие от нее, к еде не притронулся.
- Многие на твоем месте даже не подошли бы.
С языка так и норовила слететь фраза, что, видимо, он как раз себя и причисляет к «многим». Вика поспешно перевела взгляд на тарелку. Меньше говорит – целее будет. И в прямом, и в переносном смысле.
- Я не прошла мимо, - Вика слегка повела плечами.
На неё давило всё: комната, чужой дом, мужчина, не вызывающий ни капли симпатии.
Да, Волгаров отец похищенного ребенка. Да и Вика, не приведи Господи, вела бы себя не менее агрессивно, окажись она на его месте.
Кстати, прошел день, а Вика ни разу не видела мать Эли. Странно.
- Ты думаешь, что за добро тебе отплатили злом. Виктория, если твои слова подтвердятся и окажется, что ты на самом деле способствовала спасению дочери, я в долгу не останусь.
Так он ещё продолжает сомневаться! Надо же… Или его специалисты проверяют её биографию вдоль и поперек? Изучают последние годы жизни?
- Мне не нужна ваша благодарность, - негромко сказала девушка, отправляя в рот первый кусок мяса.
На лице мужчины не дрогнул ни один мускул.
- Не спеши отказываться от благодарности такого человека, как я.
Вику снова пробрало. Что бы ни сказал Валгаров, ей во всем виделись подвох и скрытая угроза. На ум пришла «благодарность» императоров и царей, когда служивым они раздавали плети и отправляли в ссылку.
Девушка ничего не могла поделать с собственной реакцией.
Вика оставила его фразу без ответа. Пусть думает, что хочет. Это его дело. Выбраться бы из-за высоких ворот этого дома, а дальше она как-нибудь сама.
- Вина?
Валгаров взял уже открытую бутылку и потянулся за бокалом.
Разливающий и ухаживающей за ней, простой смертной девушкой, нефтяной магнат? Пожалуй, это перебор.