Может, где-то глубоко внутри у неё и проскальзывал какой-то плотский позыв, но он, скорее всего, был связан с тем, что она элементарно хотела ласки, хотела забыться в мужских объятиях, потерять себя в страсти. В этом случае личность мужчины была не так важна.
Она ставила на другое.
Придет? Или нет? Повернет ручку? Проверит, заперта ли она?
Вика мысленно просила, чтобы он ничего подобного не сделал. И не потому, что не хочет заняться с ней сексом.
Хочет. И сильно.
Она видела…
Чувствовала…
И эти знания тоже бередили душу, подливали масла в огонь.
Её волновало другое.
Насколько она может ему доверять.
Вот что было главным. Основополагающим.
Булат, чтобы обеспечить ей комфорт и чувство безопасности, прежде всего от него – она, черт побери, это тоже понимала! – выбрал двуспальную каюту. Хотя мог схитрить, слукавить, сказать, что другого варианта не было.
Валгаров же поступил иначе. Она тоже не строила никаких иллюзий в отношении его личностных качеств. Бизнесмены его уровня не могут быть кристально чистыми и порядочными.
Она видела, как он общается с дочкой. С какой нежностью и любовью смотрит на родное чадо.
Тут он честен.
Честен он и с ней.
Вика даже при огромном желании не могла найти, за что ей зацепиться.
Поэтому и не спала. Ждала.
Мужчина за стеной хотел её. Сильно. Он мог прийти и соблазнить её. Точнее, взять. Навалиться сверху и…
Вика невольно сдвинула ноги вместе. Инстинкты сработали на опережение. Девушка протестующе мотнула головой. Бред. Она же ранее пришла к выводу, что, если на шальное мгновение и допускает Валгарова в качестве сексуального партнера, то только по причине того, что организму требуется разрядка.
От последней мысли самой стало смешно. Когда это она рассматривала секс ради секса?
Тело предавало? Так что ли получалось?
Вика, втянув нижнюю губу, ради интереса – если уж у неё выдались часы бессонницы и долбаного анализа – запустила руки в трусики.
Мокрая…
Девушка прикрыла глаза и чаще задышала.
Провела снова пальцами назад, вперед, размазывая влагу…
И резко выдернула руку.