Слава был ревнивый, ему почему-то постоянно казалось, что все мужчины только и хотят, что увести меня у него, но старался не нарушать мои личные границы, насколько это было для него возможно.
На следующий день я наконец вздохнула с облегчением. Звонков от Феди больше не было. Может быть, он всё-таки решил успокоиться, понял, что это бессмысленно мне звонить? Моё хорошее настроение испарилось вместе со звонком охраны, которая оповестила меня о том, что ко мне пришла какая-то женщина, которая назвалась моей подругой.
— Ну привет, Люба, я смотрю, ты тут шикарно устроилась! Охрана, рабочее место современное — с порога начала Ксюша. Неужели я так плохо разбираюсь в людях, что могла дружить с такой язвительной дамой?
— Здравствуй. Что вам с Федей от меня надо? Чего вы названиваете? Я всё сказала ему ещё при первом разговоре. — Как-то интуитивно почувствовав волну агрессии, исходившую от неё, я нажала на селекторе кнопку, чтобы наш разговор слышал Слава.
— Половина твоей квартиры должна принадлежать Феде. Ты думаешь, мы с ним такие дурачки? Отхватила себе жилплощадь, выгнала его, и тебе ничего за это не будет?
— Да ты чего несешь вообще? Это моя квартира, я за неё плачу кредит, вообще-то, там ни копейки нет вложенной Федей!
— Знаю я твои платежи. Каждую ночь, небось, в койке шефа выплачиваешь? Нашла богатого хахаля себе — делись счастьем, отдавай, что полагается.
— Я сейчас вызову охрану, и тебя выволокут отсюда, уходи по-хорошему.
— Правильно тебя Федька бросил: толстая, злая и жадная. В общем так. Не хочешь по-хорошему, будем по-другому действовать. Получит твой любовничек привет от нас, в виде твоих интересных переписок с бывшим парнем.
— Глупости, мы с ним не переписывались.
— Переписывалась, не переписывалась, а сообщения имеются — на её словах меня пробрал холодный пот. Я действительно представила, как Слава, даже не став разбираться, правда это или нет, разрывает со мной все отношения.
О включенном селекторе я вспомнила только тогда, когда Слава просто ворвался из своего кабинета в приёмную, и схватил Ксюшу за шкирку.
— И давно это происходит? — спросил он, гладя меня. Его лицо было перекошено от злости."
"— Неделю уже названивают — виновато потупила я лицо в пол.
Он повернулся теперь уже к Ксюше, втянувшей максимально голову в плечи. По её позе и лицу было видно, что ей действительно страшно.