Боязно! Впервые как парень буду писать, первопрохо… первописец, млин.
Открыла глаза и, набравшись решимости, пустила струю. И она, прямо как по фэншую, аккуратно попала в дырочку.
Меня охватил нервный смех. Я изо всех сил укусила себя за щеку, чтобы не заржать в голос и не выпустить из рук «это» самое. Еще описаю тут все.
Закончив, натянула штаны и села на стульчак. Задумалась.
Да-а-а, Злата, теперь можешь смело говорить всем, что ты парень, потому как ты оный и есть. Тут впору плакать, а я продолжала кусать себя за щеки, лишь бы сдержать гомерический хохот, который больше походил на рыдания.
А потом вдруг меня осенило.
Я встрепенулась. Нащупала замочек на цепочке, держащий амулет, выданный ректором, и расстегнула.
Кулон упал мне в ладонь. Пару секунд ничего не происходило, и я уже решила, что моя теория не верна. Но постепенно все тело охватило покалывание. Сначала легкое, едва заметное. Но с каждым вдохом оно становилось все сильнее и горячее.
Через минуту я не выдержала и начала чесать грудь.
Вернулись, родимые!!!
Заглянула в штаны для полной уверенности и возликовала.
Мое тело, словно кусок нитиноловой проволоки, вернулось в привычную форму.
От сердца отлегло.
Вот, значит, в чем дело! Это все амулет Феникса!
Но почему Дейривон не предупредил? Может, и сам не знал?
Я быстро вернула амулет на место и, насвистывая веселую мелодию, отправилась умываться.
Теперь я могу смело мыться с парнями, а заодно полюбоваться на них и хорошенько рассмотреть…
Ой, о чем это я? Скромные девушки из фэнтезийных романов даже мыслей таких не допускают!
* * *В душевой ограничилась тем, что вымыла руки с мылом и плюхнула в лицо немного воды.
И тут же мое настроение резко пошло на убыль.
А вдруг другие при контакте не почувствуют то, что недавно в уборной нащупала я? Вдруг эти изменения только мне заметны?
Без понятия, как буду мыться со всеми, допуская, что при случайном прикосновении откроется правда.
Тут мне в голову пришла спасительная идея. Надо срочно убедиться в своем полном перевоплощении в парня.
Я пулей выскочила в коридор и почти бегом вернулась в комнату, в которой застала одного Хармса. Вот он-то мне и нужен!
— Хармушечка! — радостно окликнула я его.
Бедного парня аж перекосило от того, как я исковеркала его имя.