Просто вдвое больше, чем раньше. Дада шени! Да если это заработает, они золотом выстелят эту трубу.
– В два слоя, – произнес Сталин вслух и поднял трубку телефона. – Товарищ Поскребышев? Товарища Губкина ко мне, срочно!
– Он сейчас в командировке, товарищ Сталин, – услышал Саша.
– Найти! Выслать самолет и доставить сюда!"
"…Карандаш скользил по бумаге, и только чистые листы сменяли исписанные. На бумагу ложились вещи, которые Александр хорошо знал или знал неплохо, чтобы объяснить, как оно работает.
После изобразил несколько типов глушителей звука выстрела и много другого, что в его время было обыденным и привычным.
Через час в комнату заглянул Власик и поднял один из листов к глазам.
– Это что?
– А? – Александр привстал и заглянул в документ. – Схема работы автомата заряжания для танка. Не знаю, сможем ли сделать, но штука довольно перспективная. Можно будет ставить тяжелую пушку, и не ворочать снаряды вручную, и стрелять куда быстрее.
– И много тут такого? – Власик кивнул на стопку исписанных листов.
– И такого, и получше, – Александр кивнул. – Напишу, что… – он чуть было не сказал «вспомню», но вовремя перехватил слово, – …знаю…
Он помедлил, не зная, можно ли озаботить начальника сталинской охраны бытовыми проблемами, но в животе уже урчало невыносимо.
– Николай Сидорович, а можно чего-нибудь поесть?
– Черт, прости, забыл, – Власик покачал головой. – Сейчас все организуем.
Он вышел из кабинета, прикрыл дверь и оперся на нее спиной, закрыв глаза.
«Не приведи господи, потеряется хоть один листок – Хозяин в пыль сотрет и прав будет тысячу раз». Он глубоко вздохнул, встряхнулся и посмотрел на встревоженных его поведением охранников.
– Значит, так, товарищи. Через этот порог не должен перейти никто, кроме меня и сами знаете кого. Сейчас я пришлю еще двух сотрудников, распределитесь так, чтобы не меньше трех человек здесь у дверей находились постоянно.