Дала мне живность? Беспокоиться о моем душевном равновесии? – Страшно было?
– Стр-р-рашно, – ответила ворона. Ну, по крайней мере, она отвечает.
– Ясно. Ты у меня мальчик или девочка? – Ворона молчала. – Тогда буду звать тебя Сюзанной.
– Ты мне не нр-р-равишься!
– А Борисом?
– Бор-р-рис-с, – повторил уже ворон и снова схватил еду с тарелки.
– Хватит жрать объедки! – выхватил я из-под ног ворона тарелку, чем неслабо его шуганул. – Есть будешь, что я буду давать! И срать летай на улицу, там места полно.
– Ты мне не нр-р-равишься! – ответила ворона.
– И тебе с этим жить, – спокойно констатировал я и пошел мыть тарелку.
Готовка заняла немного больше времени, чем я рассчитывал. Тупая ворона постоянно таскала заготовленные мясные кусочки, что заставляло меня нарезать их заново. В остальном обед прошел штатно, обожравшийся ворон лежал на полу, раскинув крылья и вывалив язык. Культурно отдыхал, так я решил. Скучать дома я не хотел, у меня и так работа скучная. Ну, в основном скучная. Поэтому я взял немного налички и пошел гулять по городу.
Я даже заскучал по первым спокойным дням, когда услышал знакомый голос, переходящий в крик. Невзирая на толпу, я распихивал людей локтями и пробирался к лавке Мартина, примерно представляя, что там увижу.
– Мама!!! Мамочка!!! – кричала бедная Рата, которую за одну руку держал толстый Мартин.
– Это воровка! – вещал лавочник и показывал золотую монету. Толпа кивала, что людям еще делать? А тут зрелище, чего не поддакнуть. Даже нашлись те, кто опознал золотой в его руках.
– Отпусти ее, – сказал я, выходя за первую линию толпы.
– Палач пришел за жертвой? – обескураживающе проговорил торговец, а бедная девочка побледнела и была готова свалиться в обморок. Толпа сзади охнула.
– Эту монету… – Я осекся, стоит ли девочке жизнь ломать? – Дал ей шаман Ига, – нашелся я, что соврать.
– Шаман деньги не раздает, – засомневался лавочник. – Да и почем тебе знать?"
"– Он был у меня в гостях. И предложил маленькой девочке купить ему сладости, – скрестив руки, утвердился я во вранье.
– Мы тогда сходим к шаману и спросим у него, – набычился Мартин.
– Не доверяешь? – покачал я головой. Гул толпы был мне подспорьем. – Тогда пошли, спросим у шамана, кто из вас преступил закон или кто нарушил права свободного человека.
Мартин явно начал сомневаться, отступить сейчас он не хотел, но и ссориться с палачом тоже дело не из лучших. Он разжал руку девочке.