Но зачем он тогда собрал три отряда?
– Надо меньше шляться по бабам, – укорил я его. – Был бы в курсе. Сколько раз ты отомстил той девке?
– Должок за мной остался – я рассчитался. Надо было рассчитаться, – возмутился Алекс и тайком показал три пальца. Позер. – Я вообще-то тоже на наше благо поработал, а до сих пор не понимаю, нахрена я тебе вообще помогаю. Вроде ничем тебе не обязан…
– Спроси у Рона, он у нас умный, – кивнул я в сторону монаха.
Рон открыл глаза и посмотрел на нас.
– Да вы все чертовы твари заодно! Вот почему Я вам еще помогаю? Кто мне ответит? – он вскинул руки, ударив локтем Алекса.
– Отличная помощь. Вот сколько тебя вижу, проку не заметил ни разу, – ответил Алекс.
– Не бухти, – я пришел на помощь монаху. – В храме он мне помог. Я там подыхал, а он такой голый да на меня…
Карета наполнилась смехом. Рон вяло оправдывался и стеснялся, как барышня, Мирия вспоминала проделку Шута, из-за которой Рон вышел из нашего боя. Я тихо злился и вспоминал свою практику и жизнь.
Почти весь первый день мы прошли без остановок, разбив лагеря только к закату. Множество людей разбрелись по ближайшим полянам и устраивались на ночлег. Мы решили примкнуть к цирковой группе, так как у них практика переездов больше нашей. И не прогадали. Шут отличный организатор, отправил Алекса с жонглерами на поиск хвороста и всего, что можно поесть, Рону он дал наряд последить за ранеными, пока я спорю с его поваром о способах готовки мяса с розмарином и гвоздикой.
Новый день мало чем отличался от предыдущего. Наше расчетное время пути растянулось до полноценного месяца в самом плохом варианте.