Особенно не развернешься, чем-то мощным бить тоже не вариант, – вслух рассуждала я, – может кого-то зацепить.
Такой ответ артефакт правды не сочтет за ложь. Это просто соображения.
– Понятно. Мне интересно, как тебе вообще пришла в голову идея попросить Ллос о таком даре?
– Я не просила Ллос о целительском даре. И вообще ни о каком даре не просила Великую Паучиху.
Это была правда. Айеари поглядела на какую-то авангардную скульптуру в нише, и её брови слегка поднялись. Похоже, это и есть артефакт правды. Полупрозрачный камень на круглой плоской подставке.
– Тогда как это произошло?
– Наверное, по воле богини. Я не очень в этом разбираюсь, поскольку не жрица. Однако готова поклясться, что никакого вреда Розаэлли Сареп нанести не хотела и не наносила. Не била, не издевалась, не бросалась проклятиями.
Камень в артефакте не поменял цвет. Да и как он мог поменять, ведь я действительно ничего плохого сама себе не хотела и не делала?
– Госпожа Гамаиса хотела только припугнуть травницу, чтобы та дала ей клятву подчинения, – вовремя вмешался Ивэлас.
Я показательно недовольно зыркнула в его сторону. Мы обговаривали этот момент: Ив должен был вмешаться, но, согласно нормам этикета дроу, за это его ждало наказание. Мы надеялись, что Айеари не станет собственноручно его наказывать, а оставит это мне.
– Это правда? – уточнила у меня глава клана.
– Да, но запугивание не сработало.
– Я теперь понимаю, почему ты недовольна мужем. Его надо воспитывать и обучать, – Айеари недовольно посмотрела на Ива.
– Обязательно этим займусь! – искренне заверила я главу клана.
Конечно, займусь. Пока Наполеонушка только лук научился резать, а ему еще обучаться и обучаться. Камень не поменял цвет.
– Я решила запугать травницу, вроде как в жертву принести, – затараторила я. – Мы привели её в часовню.
Камень ожидаемо покраснел.
– Ну, то есть Эрэль принес Резаэлли туда.
Артефакт снова стал полупрозрачным, отреагировав только на последнее предложение. Это был самый опасный момент нашего плана.
– Могу поклясться, что я не активировала Урсутуй! – Именно так назывался тот фенопылесос, что втянул душу Гамаисы. – Ничего у Ллос не просила, алтарь не кормила.
Камень остался прозрачным, ведь все было именно так. Матриарх изумленно посмотрела на статуэтку.
– То есть это сама богиня наградила тебя светлой магией… – все еще не до конца веря, прошептала Айеари.
– Возможно.