Он очень удивил меня своим поведением вчера: принес этого зайца, потом помогал с травами, даже пообещал дорезать листья оошики. Да, мы по-прежнему подкалывали друг друга, но как-то по-доброму, скорее, состязаясь в остроумии, а не желая задеть.
– Ты там слюнями от вожделения не захлебнулась? – вместо приветствия недовольно спросил дроу. – А то проснулась уже давно и все лежишь, смотришь.
– Ты же мой идеал! Я о тебе всю жизнь мечтала! – с экзальтированным восторгом воскликнула я. – Ты же просто-таки бродячий атлас по анатомии, а это был мой любимый предмет… И вообще, тебе жалко, что ли?
– Нет, просто твои слюни на мою подушку падают.
– А вот не надо на меня стрелки переводить. Судя по твоему зверскому аппетиту, подушку ты сам обслюнявил, потому что во сне тебе разносолы снились.
– Ты этого зелья мне накапала, вот теперь и корми. Жрать хочется постоянно!
Наверное, Наполеонушке совсем невесело.
Мы в четыре руки приготовили мясо и овощи. Тесто я быстро разрезала на части, сделав простые булочки. Хорошо, что муки у меня вдоволь: Рахим привез не жалея.
Завтракали вместе. Мясо отлично протушилось. Я искренне похвалила охотничий талант дроу, и, похоже, Наполеонушке понравились восторженные комплименты.
После плотного завтрака я осмотрела дроу и сняла повязки с неглубоких ран. Самодельный гипс я аккуратно срезала, наказав тёмному разрабатывать пальцы. Заодно и мазь специальную выдала. Кости удивительно быстро срослись, интересно, почему так? Почему мягкие ткани у дроу еще не зажили, а костные уже срослись? Эх, кажется, время на исследования появится только в городе.
Я вернулась поздно. Дело в том, что мне удалось обнаружить гнезда гараг. Это местные птички, похожие на перепелок, но немного покрупнее. Яйца у них деликатесные. В другое время я прошла бы мимо, но у меня дома вечно голодный дроу, так что пришлось забираться повыше и грабить несчастных птах. Ничего, они еще отложат. Сезон гнездования у гараг еще не закончился.
– Что так долго? – недовольно поинтересовался тёмный.