– Помоги мне добраться до комнаты! – приказной тон вроде бы получился, – и сумку захвати.
– А что делать с телом травницы? Его ведь найдут. Скорее всего, человечку уже ищут. Я могу попытаться спрятать тело, но рано или поздно стражи порядка или королевская гвардия его обнаружат и все поймут."
"Да, проблема. Что делать? Очень жаль, что мне придется отвечать за убийство самой себя. А что если не отвечать? Может быть, наоборот, повернуть дело так, будто бы ко мне перешла целительская магия от травницы, и теперь я могу колдовать? А для этого… Точно!
– Нет, прятать тело не надо.
Эрэль просто сжал мою талию и чуть ли не на вытянутых руках перенес к телу. М-да, похоже, ему неприятно меня касаться. Хотя понять мужика можно: зуб даю, Гамаиса его истериками довела до того, что ему теперь на супругу смотреть противно, не то, чтобы касаться. Да и я сейчас хороша: пялилась на него и улыбалась, как ненормальная.
– Теперь сумку давай, расстегни, там порошок такой белый должен быть в желтенькой круглой коробке, – продолжала давать инструкции я. – Нашел? Хорошо, давай мне. Сам стой сзади – я на тебя обопрусь.
То, что я задумала, теоретически могло получиться. Арбикус предполагал, что магия и её направленность – это свойства души, а не тела. Правда, не все так просто. По какой-то причине, магические способности передавались по наследству.
В своё время Арбикусу пришлось объяснять родителям Резы, откуда у них – людей без крохи магии – взялась одарённая дочь. В деревне все получилось само собой.
Хуже было во дворце, когда маг вселил в принцессу душу девушки из Минска.