Порочная месть

Я приезжаю домой около половины восьмого вечера и обнаруживаю дома Кристин, которая сидит перед включенным телевизором, и старательно красит ногти на ногах.

— Ради бога, куда ты набрала такую сумку, — ворчит она и, спрыгнув с дивана, ковыляет ко мне, не снимая розовых разделителей с пальцев. — Тебе нельзя напрягаться.

Она забирает у меня пакет и тащит в кухню, а я, с облегчением скинув обувь, валюсь на диван и вытягиваю ноги на журнальный столик.

— Так когда ты скажешь Колдфилду о том, что он станет отцом?

— Я… — при одной мысли о том, что в скором времени мне предстоит встретится с Кейном и рассказать ему об отцовстве, пульс ускоряется.

Я не могу предсказать его реакцию, но в одном уверена: он должен знать. — Я заеду к нему на работу в понедельник.

— Ты можешь просто ему позвонить и назначить встречу.

— Есть вероятность, что Кейн не захочет со мной встречаться.

Чтобы избежать дальнейших расспросов на щекотливую тему, я встаю с дивана, и иду готовить ужин.

Индейку с овощами и рисом для меня и нашего с Кейном ребенка. Пока нарезаю мясо, на лице играет улыбка. Так странно, что еще несколько дней назад я была одна, а сейчас будто попала в новый, бурлящий цветными пузыриками мир.

— А ты не думала, что ребенок поспособствует вашему воссоединению? — Кристин плюхается на кухонный стул и стягивает с доски ломтик моркови. — Может быть, это вселенная сводит вас вместе."

"— Я стараюсь ни на что не надеяться, — бормочу, хотя именно это чувство и не покидает меня.

Надежда. Что в изменившихся обстоятельствах мы сможем преодолеть пропасть, разверзнувшуюся между нами, и у нашего ребенка будет полноценная семья. Что мы оба сможем оставить прошлое позади.

С аппетитом съев внушительную порцию приготовленного, я возвращаюсь в гостиную и усаживаюсь перед телевизором. Бездумно наблюдаю сменяющиеся картинки девятичасовых новостей в телевизоре и глажу живот. Мои мысли сами ускользают в будущее, на семь месяцев вперед.

Я представляю лицо нашего малыша. Каким он будет? На кого она или он будет похож? Уверена, малыш во внешности многое унаследует от Кейна, с его мощной доминантой по-другому просто не может быть. Знаю, что снова предаюсь мечтам, но не могу не представлять картину, как Кейн возится с малышом на полу в своем доме и широко улыбается, как всего пару раз улыбался мне. Уверена, наш ребенок будет заставлять его делать это чаще.