С открытым ртом глядела на подругу, пытаясь подобрать правильные эпитеты, чтобы описать словами, насколько она хороша. Светлые волосы девушки стали еще длиннее, а фигура гибче и рельефнее. Всё потому, что востребованная модель не вылезала из тренажерного зала спортивного центра. Вышли вдвоем в коридор, чтобы спрятаться от всеобщего хаоса, и только тогда я решилась спросить:
– Ну, как у вас обстоят дела?
Подруга поморщилась.
– Вроде страсти поутихли, но я до сих пор на него злюсь! Когда-нибудь придушу! Серьезно! – Мия угрожающе провела ребром ладони вдоль своей лебединой шеи, и уголки моих губ невольно повело от слабой улыбки.
В их отношениях с Демом всё как на вулкане. За эти годы друзья уже успели несколько раз разбежаться, но сходились вновь. Мы с Вильямом в шутку сравнивали их с необузданной парой из фильма «Привычка жениться», которую блистательно сыграли Алик Болдуин и Ким Бейсингер. Эти двое бесконечно ссорились, а потом очень громко мерились…
– Мия, ну у вас же ребенок! – покачала головой, озабоченно потирая кончиком пальца переносицу.
– Я в курсе, представь себе! Иначе давно бы послала его на все четыре стороны… – неожиданно красавица улыбнулась. – Жаль, люблю этого несносного придурка. Поэтому каждый раз прощаю…
Обменялись понимающими улыбками, когда кто-то задел меня за плечо.
– Девчонки, привет! – повернула голову на тоненький голос Селесты.
Она держала на руках малышку Оливию. Мама и дочь беззаботно улыбались."
"– Оливка, ну всё, беги играть к ребятам.
– Ха-ла-со! – нежно улыбнулась девчушка – копия Селесты, только с более смуглой кожей. Она расправила пышную сиреневую юбку и, сверкая пятками, убежала в зал.
* * *После официальной части и небольшого концерта, большинство гостей разбрелись по залам, в которых проходили мастер-классы с популярными спортсменами. Наши дети всё ещё резвилась поблизости. Киллиан то и дело дергал Оливию за косы, а Стефан защищал её от своего брата.
– Мне нравятся ваши сыновья, но у них ничего не выйдет… – он задумчиво пожал худыми плечиками, на что я с любопытством поинтересовалась:
– Почему?
– Потому что Оливия жуткая сладкоежка, а у меня есть печенье.