"
"Пролистав эти дела еще раз, Горемыка тяжело вздохнул, сложил их воедино и его взгляд скользнул на последнюю, пятую папку. Папку, в которой было личное дело Маркуса. Искры огня вспыхнули на короткий миг, спустя который от пяти существующих лишь в единственном экземпляре папок остался лишь пепел.
Стряхнув его, полковник нажал на кнопку селектора.
— Что делаем? — раздался голос его заместителя.
— Продолжайте наблюдение. Деликатно, без лишнего давления. Если объектам потребуется какая-либо помощь, оказать без вхождения в контакт.
— Уверены? Они и сами вроде как способны за себя постоять, — уточнил голос помощника.
— Может и способны, но если мы можем хоть как-то облегчить им работу здесь и помочь, мы обязаны это сделать. Документально ничего не фиксировать, все отчеты лично мне. Выполнять.
— Есть!
— Вот и хорошо, — отпустив кнопку селектора, произнес вслух Горемыка, и со спокойной душой дал водителю приказ покинуть Форт-Хелл.
* * *В лазарете Ганс оторвался по полной. Найдя Альберта, тот высказал ему все, что накипело. Ганс кричал, Ганс ругался, Ганс злился и ворчал. И несмотря на то, что Альберт все это время молча лежал на больничной койке и мерно посапывал, Гансу стало легче, когда он смог, наконец, выговориться.
Изначально он планировал вывалить все накопившиеся претензии на Маркуса.
Как лидер — лидеру.
Даже специально подвыпил для храбрости и целых два дня копил эмоции и ярость, чтобы все выплеснуть, однако, когда встреча с Маркусом произошла, план провалился.
Эмоции, которые вызывал Маркус, было сложно описать. Но если попробовать, то это странная помесь из страха, спокойствия и… уважения?
Нет, скорее даже подчинения.
Стоило заглянуть в его обманчиво спокойные глаза, как помимо воли хотелось преклонить колено.