– Ты говоришь, меня освободят из замка, – решился наконец он. – Что будет потом? Я выживу? Ах, да. Если я верю тебе, то это глупый вопрос. А если нет, тогда глупо было даже начинать его задавать. Но что будет с остальными? Они выберутся?
– Да. Конечно, не обойдется без потерь… Но вы победите.
– А Эленор?
– О, она точно будет в порядке, – с невольной улыбкой заверил Дайон. – Конечно, и ей временами будет очень нелегко. Но она преодолеет любые преграды и в итоге найдет свое счастье.
– Как хорошо, – мечтательно проговорил юный Дайон.
Герцог прикусил губу. Лгать он не мог и был неспособен заставить себя дать слишком радужный ответ.
– Ты будешь в безопасности. Ты будешь безраздельно править Левансией. Никто не посмеет оспаривать твои суждения, запугивать или оскорблять.
– Этого достаточно.
Дайон уже не был в этом уверен, но ни за что не вступил бы в спор. Не стал бы убеждать сидящего в темноте и безнадежности мальчика в том, что его будущее – не такое уж радужное.
Из соседнего коридора послышались шаркающие шаги ленивого стража. Пламя далекого факела слабо заиграло на каменной стене.
– Я должен идти, – сказал, понизив голос, Дайон. И после короткой паузы добавил: – Я горжусь тобой.
Он растворился в темноте прежде, чем охранник приблизился к камере.
Повернуть налево. Создать крохотный магический шар, который слегка осветит коридор, но не привлечет внимания. Найти рисунок на стене.
Теперь можно было немного расслабиться. Герцог постоял, прислонившись к стене и восстанавливая дыхание.
Сегодняшняя встреча с самим собой не сохранилась в его воспоминаниях, но так ли это удивительно? Некоторые эпизоды своего заточения Дайон помнил досконально, иные же начисто забыл, и любая попытка мысленно восстановить ход событий заканчивалась лишь приступом головной боли.
Шумно выдохнув, Дайон решительно двинулся вперед. В какой именно точке должно произойти перемещение? Он не был до конца в этом уверен. Скорее всего, совсем рядом с выходом.