Эта группа пропала третьей, но всех входивших в её состав бойцов тоже тренировал он. Назначив встречу, полковник положил трубку и, поднявшись в свой кабинет, задумался. Отказать надеявшемуся на него бойцу он не мог, как не мог и открыто привести его на базу. Слишком много здесь было сейчас посторонних людей. Приняв решение, он снял трубку и, набрав номер КП, быстро объяснил Никите задачу.
Заперев кабинет, полковник вышел на улицу и, увидев подходящего к штабу особиста, мрачно скривился. Но делать было нечего. На сегодняшний день всё то, что мог рассказать прибывший боец, могло сильно помочь Кручинину в ходе расследования.
– Чего?
– Максим Ушинин объявился, – растерянно улыбнулся Иевлев.
– Быть не может! Живой! – ахнул Степаныч, растерянно хлопая себя ладонями по бёдрам.
– Кто живой? И почему не может быть? – с интересом спросил Кручинин, подходя к собеседникам.
– Один из моих ребят, из группы, что пропала третьей, вернулся, – пояснил Иевлев, глубоко затягиваясь."
"– Так это же здорово! Когда я могу его увидеть? – моментально оживился особист.
– Через два часа. А вот поговорить вам с ним только завтра удастся.
– Завтра так завтра, – покладисто кивнул Кручинин. – В любом случае до пяти вечера у нас времени много. А чего вы такой расстроенный, Иван Павлович?
– Странно это всё. Сначала Никита, теперь Максим.
– Бывает, Иван Палыч. В жизни и не такое бывает, вы уж мне поверьте, – загадочно улыбнулся Кручинин. – Я вам такого бы порассказал, что волосы дыбом, да права не имею. Скажу только, что и не такое в жизни бывает. А вот объявился ваш паренёк очень вовремя. А если у него такой же убойный материал, как у Никиты, так совсем здорово. Где вы собираетесь паренька спрятать?
– Ещё не знаю. Встретимся, поговорим, а там видно будет.
– А что так осторожно? – усмехнулся Кручинин.
– Может, у него уже своё место для ночёвки есть, как у Никиты? – пожал плечами Иевлев, бросая на Степаныча предупреждающий взгляд.
– Доверие заслужить трудно, – понимающе улыбнулся Кручинин. – Вы только одно помните, мужики. В этой истории я вам совсем не враг. Скорее, наоборот. Так что сами себя не перемудрите. Ладно?
– Да дело тут не в доверии, – грустно улыбнулся Иевлев. – Я и вправду ещё ничего не знаю.