– Возвращай это стадо на базу. Пусть помоются, перекусят, а потом в спортзал. Посмотрим, чего они в рукопашке стоят.
– Добро, проверим, – усмехнулся прапорщик.
– Сам приду. Нам только трупов не хватало, – осадил его полковник, выразительно покосившись на огромную фигуру Степаныча. – Ещё зашибёшь кого сдуру. Твоим кулачищем только костыли железнодорожные заколачивать.
– Да ладно тебе, Палыч. Вроде ещё ни одного не зашиб, – заметно смутился прапорщик."
"– Да, а после кого пришлось парня в больницу отправлять? Забыл уже?
– Так ведь ты сам всё видел.
– Вот я про то и говорю. Ты отмахнёшься, а мне потом год отписываться, – усмехнулся полковник, хлопнув лысого богатыря по могучему плечу. – Сам проверю. Заодно и кости старые разомну.
– А нога?
– А что нога? Нога как нога. Хромая только, – улыбнулся Иевлев, заговорщицки подмигивая старому сослуживцу.
Понимая, что отговорить командира от схватки с курсантами не получится, прапорщик молча кивнул и, развернувшись, вышел в коридор.
Курсанты с заметно скисшими физиономиями покорно последовали за машиной. С удивлением отметив, как сильно изменились лица курсантов, полковник только качнул головой. Похоже, для этих кутят ещё не всё потеряно, если даже так устав, они ещё способны огорчаться.
С того злополучного момента, как во время выполнения очередного задания его нога оказалась в пасти каймана, полковнику требовалось время, чтобы заставить повреждённые мышцы и связки действовать в нужном ему режиме. Потом снова накатит боль, а на ногу будет невозможно ступить. Но это будет потом. А сейчас он хотя бы на пару часов станет самим собой.
Спустя полтора часа в зал медленно, словно нехотя вползли вернувшиеся курсанты. Уже отмытые и слегка накормленные, они начали походить на тех бравых лейтенантов, что приехали на эту базу неделю назад. Обведя измученных ребят насмешливым взглядом, полковник повернулся к прапорщику и, чуть пожав плечами, сказал:
– Провал четырёх заданий из четырёх.