Практическая романтика

Он прервал:

— Зря ты, Ульяна, из-за этого так паришься. Я серьезно. Я не обязан всем нравиться. И если не нравлюсь тебе, то это лучше, чем если ты будешь изображать, что нравлюсь.

Я застыла. Значит, все-таки сделал вывод об отвращении. Ну да, я вчера прямо очень правдоподобно изобразила от него тошноту… Но я не желала объясняться до того, как услышу однозначный ответ:

— А я? В смысле, я тебе нравлюсь?

Знаю, такие вопросы в лоб не задают. Но почему-то мне показалось, что чем меньше мы прямо сейчас поставим друг перед другом границ, тем больше у нас шансов хоть до чего-то договориться.

А с ним я договориться в любом случае хочу, даже если в этом договоре не будет никакой романтики. Уж тем более, если не будет никакой романтики!

Он опустил голову, задумчиво улыбаясь. Ответил не сразу:

— Нравишься. Но я не влюблен в тебя. Я даже не вполне понимаю, что это значит. Извини, если ты хотела услышать другое. Но притом я четко ощущаю, что мы с тобой очень подходим друг другу. У нас с тобой характеры — как два куска пазла друг к другу лепятся.

И потому я считаю, что если мы продолжим изображать парочку, то рано или поздно все к тому придет.

Меня очень удивил такой ответ — обстоятельный, словно заранее тщательно продуманный. И точный. Я кивнула.

— Про пазлы совершенно согласна. Но мне бы не хотелось, чтобы ты увидел во мне какую-нибудь охотницу за богатством или что-то в этом духе. Потому что даже сейчас я липну к тебе, хотя тоже не влюблена. И тоже вряд ли понимаю, что это значит.

Он рассмеялся:

— Уж поверь, этого я в тебе уж точно не увидел.

Тогда просто продолжаем? Тебе в любом случае без меня здесь не выжить, а заодно и узнаем, насколько мы правы. Ты, главное, свою роль честно изображай и не отлынивай. А там все само собой станет очевидно.

Я не сдержалась и выдала:

— Какой же ты… Юра, ты просто сумасшедше классный! Так и хочется тебя выдернуть из всего этого общества, от этих людей, связать, расцеловать и отправить в Москву на журфак! Да я ради тебя… даже ресницы красить начну!

Он подставил мне локоть, чтобы по лестнице вверх было удобнее подниматься.

И он улыбался — теперь снова тепло, как вчера, до того, как мы вернулись в отель. Значит, моя смелость была оправдана — благодаря ей я совершила настоящий прорыв.

Глава 12

Смех и «Слёзы»

Я никогда не считала себя слабохарактерной, но не была и наглой выскочкой. На долгое время затаилась, забила в себе желание всегда чувствовать себя правой, но на фоне последних событий вдруг будто начала оживать.