— Тебе наверно пора психиатрическую клинику открывать.
— Ну уж нет, — замотала она головой. — Мне и тут неплохо. Да и с тобой рядом никогда не соскучишься.
— Спасибо сестрёнка, — улыбнулся я. — Мне нравится с тобой работать и не отпущу тебя ни в какую психиатрическую клинику, пусть этим другие занимаются.
— Полностью согласна! — воскликнула Катя и продемонстрировала большой палец.
— Доброе утро! — бодро приветствовал Жеребин, входя в кабинет. — Давно меня ждёте?
— Даже не успели соскучиться, — рассмеялся я.
— Тогда начинаем? — спросил он.
— Ага, начинацию операем, — буркнул я, думал, что себе под нос, а он в итоге услышал.
— Чего? — вскинул брови Жеребин.
— Не обращай внимания, — махнул я рукой. — Так, абракадабра. Зови пациента.
Мы с Константином Фёдоровичем ударно потрудились до самого обеда, даже немного опоздали за стол. Всё это время я старался не думать о сегодняшнем вечере и даже почти получалось, а вот пока макал ложку в суп всё нахлынуло с новой силой.
— Ты чего это, Саш, так резко погрустнел? — спросил Виктор Сергеевич, смерив меня заботливым взглядом.
— Да вы вроде в курсе, — бросил я, заставляя себя съесть хотя бы суп, про второе уже не говорю, аппетит куда-то улетучился, а силы надо восстанавливать.
— В курсе, — кивнул Виктор Сергеевич. — Но какой смысл так себя убивать? Это сейчас никак не поможет.
— А что случилось-то, Сань? — взволнованно спросил Илья.
— Потом расскажу, — отмахнулся я.
— Что значит потом? — возмутился Илья. — Друг я тебе или нет? Я же вижу, что у тебя какие-то проблемы.
— У меня нет проблем, — вздохнул я. — Проблема не у меня.
— У кого-то из близких? — не угоманивался Юдин.
— Илюх, ну правда, я не могу пока распространяться, — сказал я и виновато посмотрел на начинающего страдать за меня друга. — Потерпи немного, потом всё расскажу. Со мной правда всё в порядке, и с семьёй тоже.
— Ну хорошо, — пожал плечами Юдин, надул губы и уткнулся в тарелку.
Я не стал дальше оправдываться, да никто в принципе уже и не пытался выяснить причины моего плохого настроения. Так, нужно собраться, Виктор Сергеевич прав, что так себе не поможешь, а только ухудшишь ситуацию. На процедуру дознания я должен прийти с горячим сердцем, холодным рассудком и уверенными руками, нечего трястись, как лист на ветру, это ни к чему хорошему не приведёт.