Правильный лекарь. Том 9

— А что, потом ещё и сельские пойдут? — решил уточнить Константин Фёдорович.

— Об этом я пока не думал, — хмыкнул я. — А наверно стоит. Но, в другой раз, не сегодня.

Первый пациент оказался с синдромом Лериша, то есть с проксимальным стенозом. В этот раз ловлей эмболов занимался я, а Жеребин отрабатывал технику расщепления бляшек, доводя её до совершенства. Очень старательный и умелый парень, далеко пойдёт. Ещё я заметил, что выносливость у него чуть ли не с каждым разом становится лучше, значит усердно занимается медитативными техниками, способствующими развитию ядра.

Можно, конечно, его ещё больше ускорить, если он будет это делать, используя золотой амулет, но эту штуковину я пообещал сам себе никому другому в руки не давать, а то мало ли что, вдруг силы не рассчитает?

Уже ближе к обеду зазвонил телефон, в это время Жеребин как раз рассказывал пациенту про дальнейшее наблюдение, так что я смог спокойно ответить на звонок. Тем более, что звонил князь Волконский.

— Слушаю вас, Михаил Игоревич, — взволнованно сказал я, с трепетом ожидая хороших новостей.

— Ну что, Александр Петрович, звоню вам с отчётом, — игривым голосом сообщил князь. — Анастасию Фёдоровну опросили, произвели пару очных ставок и с её согласия с ней поработал мастер души, многие вещи встали на свои места. После окончания связанных с ней лично следственных мероприятий мы отвезли её домой.

— Как домой? — напрягся я. — Ей нельзя домой!

— Ах да, я не с того начал, — хмыкнул Волконский. — Мы повыколупывали всех заговорщиков, их прислужников и наёмников до последнего.

Последние два попались на ловушку в прихожей госпожи Вишневской, Павел Афанасьевич сказал, что такое уже было, это же я вам спасибо должен сказать?

— Да, — подтвердил я. — Он мне говорил уже об этом. Но он не сказал мне, что ловушку снова активировали.

— У него хорошие специалисты, а сам он отличный тактик, — хмыкнул Волконский. — Только эти недоброжелатели оказались не такими профессионалами, Анастасии Фёдоровне придётся ремонтировать входную дверь, а пока она это не сделает, на входе дежурят двое полицейских, и ловушка снова активирована, хотя я не знаю уже зачем.

— Ну не томите же, Михаил Игоревич, — взмолился я. — Вы же знаете, какой информации я от вас жду!

— Знаю, — сказал князь и тяжело вздохнул. — По поводу Степана Митрофановича я вам пока ничего сказать не могу, но могу вас заверить, что делаю всё возможное.

— Понятно, — сказал я, а к горлу почему-то подкатил ком.