– Просто любуйся моей пташкой и не точи на неё клыки.
– Э нет, тут дело другое, – встрепенулся рыжий. – Ради такой пташки можно и немного напрячься, если понадобится.
– Смотри не перенапрягись, – подначил его Виртар. – Вон у неё глазищи какие! Сейчас как испепелит нас троих...
– Ой, боюсь-боюсь, – приподнял руки сероглазый и снова ухмыльнулся.
– Правильно боишься, – хмыкнул Каяр и обласкал Лирану взглядом. – Эта пташка даст фору многим, которые были до неё, я уверен.
Ксения слушала все эти разговорчики, и возмущение в ней росло прямо пропорционально россказням и бесстыдству чешуйчатых.
Если бы над телом сиеры Трайдер сейчас властвовала Ксю, она бы точно не выдержала и взорвалась. Или наговорила чего-то, или попыталась воспользоваться силой, да что угодно, лишь бы выплеснуть праведный гнев. Но на первом плане в данный момент была Лирана, которая не забывала, что наместник контролирует надетые на неё артефакты, поэтому в случае открытого сопротивления запросто может придушить, чтобы не трепыхалась.
А впрочем... Нет, наверное, даже хорошо, что Лира пока терпит и не выказывает эмоции (разве что глазами от возмущения сверкает, как верно заметил брюнет), лобовая атака сразу с тремя драконами всё равно обречена на провал, тут бы хоть с одним справиться, и то шансов, считай, нет. Так что нужно сжать волю в кулак, смирить гордость и какое-то время плыть по течению, глядя, куда же оно вынесет и не появится ли попутно возможность сбежать.
– Кай, ты так её расписал, что мне ещё сильнее захотелось полакомиться твоей пташкой, – воодушевился рыжий.
Ответить Брайтрейн не успел, в дверь постучали, после чего дворецкий сообщил:
– Господин наместник, члены Совета интересуются, скоро ли вас ждать?
– Ах да! – спохватился голубоглазый. – Пока рано думать об отдыхе. Бывшие подчинённые отца так нетерпеливы...