Но тут же посерьезнел, ощутив легкий привкус металла. Гверх. Откуда здесь взялся гверх?
Редклиф мгновенно отсек эмоции, медленно повернул голову и обвел взглядом веселящуюся толпу, пытаясь вычленить из нее донного. Знакомые лица проплывали перед ним одно за другим, и неожиданно он понял, что не видит среди них одного. Лица жены. Александры не было в зале.
Тревога ударила в сердце тугим холодным комом.
– Саймон, – активировав голософон, вызвал он охранника.
– Да, милорд, – мгновенно отозвался тот.
– Где миледи?
– Пошла в дамскую комнату.
– Давно?
– Минут пять назад.
– Хорошо. Дождись графиню и увези ее в Горленд.
– Сделаю, милорд.
Редклиф закрыл голософон и попытался отключить эмоции, сосредотачиваясь на поиске. Следов гверха не было, но он чувствовал присутствие донного в зале. Только пока не мог понять, в чьем обличье тот скрывается – в своем собственном, или гверх успел найти носителя?
Редклиф усилием воли подавил неясное беспокойство и закрыл глаза, переходя на внутреннее зрение. Гверха не было в зале.
Редклиф открыл глаза и медленно двинулся вперед, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Бальная зала, коридор, бильярдная, зал для приемов, снова коридор, подсобные помещения – донный петлял, пытаясь его запутать.
А это что? Редклиф дошел до тупика, где заканчивались невидимые следы, и остановился. Что за чудеса? Куда испарился проклятый гверх? Не мог же он пройти сквозь стену?
Редклиф вытянул руку и прошептал заклинание, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
Короткий сигнал голософона заставил Редклифа отвлечься.
– Что, Саймон?
– Милорд, простите, я не знаю, как это вышло!
– О чем ты?
Душу полоснуло дурным предчувствием, и он быстро спросил:
– Что-то с леди Александрой?
– Она пропала, милорд.
Редклиф сжал кулаки. Сердце окатило холодом. Кровь застучала в висках, перед глазами появилась красная пелена, пульс зачастил, ускорился, и Редклиф даже не пытался унять его привычной медитацией. Ушла.