Мама, подруги, свекровь — никому ни единого слова. К счастью, ни токсикоза, ни каких-либо заметных изменений в своем теле на первых порах не замечаю. Малыш будто чувствует риски, сидит тихо. Мой муж будет самым лучшим отцом, но нужно сделать все правильно, ведь… он достался нам с малышом после первой больной на всю башку жены.
Егор работает, занимается спортом, совершенно ни о чем не подозревает. С Санни не общается совсем, даже тренажерку сменил, чтобы не пересечься случайно. Меня это беспокоит, но решаю не вмешиваться.
Этим чудесным утром я, настроившись, красиво одевшись и накрасившись, бужу Егора пораньше и, пообещав сюрприз, прошу поехать со мной в одно тайное место.
Поначалу он ведет себя беспечно, выглядит заинтригованным, но затем, когда мы останавливаемся около частного медицинского учреждения, слегка напрягается.
Перевожу дух и выдаю на одном дыхании, что нахожусь в положении, и раскрываю цель нашего визита в лабораторию.
Озерский в шоке.
В первые секунды он полностью дезориентирован новостью, причем не злится и не радуется. Понятия не имею, о чем думает. Просто спрашивает:
— Ты уверена?
— На сто процентов, — подтверждаю кивком.
Егор молчит, и я начинаю объяснять, что благодаря современным технологиям можно сделать тест по моей крови без единого риска для малыша.
— Не-не. Мы не будем этого делать, — говорит категорично. Улыбается. Но видно, что все еще растерян. — Я просто… не могу сразу поверить, — улыбается смелее, шире. — Дай мне пару минут. Ты меня огорошила. Я… вау, детка, — он треплет свои волосы, откидывается на сиденье, закрывает глаза и шумно выдыхает.
— Ага, Гарри Поттер и Джинни, — он не плачет, но трет глаза. А я не могу удержать эмоции. Я счастлива. Думала, он отреагирует хуже. Он молодец. — Поздравляю."
"— И я тебя, Вероника, — наконец-то мы обнимаемся и целуемся. — Спасибо. Это просто фантастика. Черт, — он трет лоб.