– А разве кузина тебя об этом не предупреждала?
Сесилия заставила себя промолчать. Ей пора уже привыкнуть, что она стала для него занятным времяпровождением. Он потешался над ней, как только мог. И не скрывал."
"Проведя бессонную ночь, полную тревоги и вполне объяснимого гнева, Сесилия и день потратила зря. Суетилась, несколько раз спускалась в кафетерий, чтобы покушать, но еда застревала в горле, и девушка ограничивалась все тем же любимым чаем с несколькими горячими бутербродами. А мысли все кружились и кружились в голове.
Естественно, Вивьен позвонила. Кузина не могла не позвонить.
– Что? Он согласился?
Сесилия ответила лаконично:
– Да.
И прервала связь.
Пусть думает что хочет. Да и что надо Вивьен? Положительный ответ от Бардока она получила, а чувства Сесилии… Тут Алекс был прав – они никого не волновали, и Вивьен использовала ее.
Нутро царапнуло. По долгам надо платить, Сесилия Клади.
Когда Вивьен вошла в ее дом, Сесилия уже знала, зачем та пришла. Навестить сестру Вивьен никогда не удосуживалась.
И она спросила.
Долг платежом красен, так говорят?
Это про нее.
Мысли путались в голове, не давая сосредоточиться. Сесилия расхаживала по комнате в гостинице, кусала губы, и даже любимый клубничный бальзам не спасал.
Скоро… скоро она спустится в Темный мир.
Который изменит ее навсегда.
У Сесилии были дурные предчувствия. Она прислушивалась к себе. Что не так? Да все не так! Бардок. Вивьен. Темный мир. Двуликие.
Алекс прав – она не сможет остаться прежней, соприкоснувшись с Темным миром.
Чертов Бардок! Сесилия начала неприлично выражаться, но никаких сил у нее в отношении этого человека не было. Наглый. Самоуверенный. Привыкший получать, что хотел.
Ее так и подмывало спросить: а чего он хочет от нее?
А он хотел…
Она чувствовала.
Поэтому всеми силами избегала, чтобы он к ней прикасался.
Бардок велел быть готовой к восьми.
– К полуночи мы должны прибыть в Темный Мир. Двуликие просыпаются к часу. В два начнется действо, – он озвучил свой приказ, уже уходя и тем самым подтверждая согласие.
Сесилия же находилась в таком состоянии, что его слова не сразу достигли сознания. Лишь бы ушел…
Он ушел, она осела на пол.