Он налетел на опору спиной и зажал нос обеими ладонями, наклонился вперед, исподлобья глядя на брата.
— Эмиль, какого хрена? — расстроено спросил он, а потом опустился на корточки и склонил голову. Сквозь пальцы закапала кровь.
Бывший повернулся ко мне.
Я пятилась, пока не уткнулась во что-то, позади загремело железо. Я шлепнулась прямо на груду металлолома и застыла под тяжелым взглядом Эмиля.
Несколько секунд, он бросал на нас бешеные взгляды, бродя по ангару — явно приглашая к выяснению отношений. Я настороженно следила за ним и старалась не дышать.
— Отвези ее домой, — наконец бросил он. — Чтобы я ее больше не видел.
Феликс встряхнул ладони, стряхивая кровь, шмыгнул носом и поднялся.
— Пошли, — кивнул он и подобрал очки. — Да не бойся ты. Видишь, успокоился.
Я прошла мимо Эмиля, не глядя в его сторону. Внутри было гадко и больно, но я старательно следила за лицом. С душой лучше разбираться наедине, а перед Эмилем нужно стоять с бесстрастным лицом.
— Забудем об этом, — сказал он, прежде чем мы вышли.
Нет, это совсем не извинения.
— Все путем, — ответил Феликс. — Мы понимаем, ты сейчас на взводе.
Как только я оказалась снаружи, то глубоко вдохнула теплый весенний воздух, чувствуя, как меня покидает напряжение. Как будто побывала в клетке со львом.
Феликс нацепил очки, по выражению лица я догадалась, что далеко не все «путем», как он сказал.
— Я этого дебила вырастил, а он мне по морде, нормально? Еще и уродом назвал, — с досадой вздохнул он. — Значит, сам виноват, что выросло, то выросло.
— Постоянно, — пробормотала я, чувствуя, что вот-вот заплачу.
— Ладно, поехали. Только у дуболомов тачку отожму… Отвезу тебя домой.
Я добрела до джипа охраны, плюхнулась на пассажирское сиденье и отрешенно уставилась вперед. Феликс поговорил с охраной, забрал ключи. Я наблюдала, как он вытирает разбитый нос и моет окровавленные руки, пристроившись с бутылкой воды у левого крыла.
— Да на тебе лица нет! — заметил он, когда устроился за рулем.
Наш дебил. Вот как теперь это называется.
Неуверенная в голосе, я промолчала и отвернулась, глядя на отражение своего расстроенного лица в боковом стекле.
Я услышала скрип кожи, когда Феликс наклонился ко мне.
— Слушай, он реально тебя бил?
— Ага, — ответила я.
Я сглотнула, пытаясь справиться с собой, потом быстро провела ладонями под глазами. Ладно бил, к агрессии я привыкла, а вот к сочувствию нет.