Машина свернула в лесополосу, на знакомую проселочную дорогу. Кажется, я поняла, куда меня везут — дорога вела к дачам. Пару раз я отвозила сюда подругу с ящиками свежей рассады.
Было одно «но» — дорога утыкалась в лес. Иногда там можно встретить грибников, но вечером они грибы не собирают, особенно в не сезон. Отличное укромное место, чтобы пристрелить охотницу. Или еще что-нибудь с ней сделать.
Мы не стали углубляться в поселок, объехав домики, проступающие из серых сумерек, окольными путями. Свет почти нигде не горел.
Мы подъехали с торца дачного поселка, и машина остановилась. Я выглянула в окно — до чащи рукой подать, но остановились мы рядом с домиком.
— Пошли, — скомандовали мне и двери распахнулись.
Меня грубо выволокли из машины. Пришлось идти по сырой холодной земле босиком. Сзади меня схватили за руку, выкрученная рука заныла, словно мне растянули связки.
Дача, куда меня привезли, выглядела запущенной. Часть ступеней крыльца разрушена и сквозь них торчали засохшие стебли прошлогодней амброзии. Зеленые дощатые стены пузырились краской. Я наступила на первую шершавую ступеньку, сухое дерево топорщилось щепками.
Один из этих гадов сжал мне шею и толкнул фанерную дверь. Она тихонько отворилась внутрь, открывая просторную комнату — ни прихожей, ни кухни. Весь домик изнутри представлял одно помещение. С потолка на длинном проводе свисала лампа, яркий электрический свет выгнал тени из углов.
— Мы ее привезли.
В конце комнаты на стуле сидел Вадим. Увидев меня, он поднялся, с улыбкой растирая ладони и сказал:
— Ну, привет, маленькая дрянь.
Глава 46
Меня втолкнули внутрь и дверь захлопнулась. Я осталась один на один с человеком, который имел ко мне серьезные претензии.
— Я буду кричать, — предупредила я.
— Язык вырву, — пообещал Вадим.
— Что вам надо? Опять Феликс? Я с радостью скажу, где он.
— Это я и сам знаю, — Вадим окинул меня неприятно-оценивающим взглядом.
Он был в той же куртке и не уменьшился в размерах, так что бронежилет не снял. Поигрывая телефоном, он двинулся ко мне.
Я отступила к двери и нажала на нее спиной. Она не поддалась. Мне захотелось попросить прощения за выстрел, когда я увидела, что у него дергается правый глаз. Я не вынесу новых ударов. На эту неделю лимит исчерпан.
— Вот взял бы и врезал тебе, — с удовольствием сказал он.