Не очень-то честно.
— Для такого риска нужен серьезный мотив, — добавил Егор. — Место мэра занял ваш муж, но у вампира и охотницы счастливого брака быть не может, не думаю, что вы рисковали ради него.
У меня вырвался желчный смешок. Насчет счастливого брака вообще не хочу комментировать. Семейная жизнь для меня закрытая и больная тема.
— И что это сейчас меняет? — спросила я.
— Я не сказал, что еще произошло после приезда продавца крови. Охотники начали обходить город стороной. Как мертвую зону. Мы хотели разобраться.
— Он выжил конкурентов, что в этом нового? — хмыкнула я. — Вампиру проще обустроиться в городе, чем охотнику. У них сплоченная диаспора, в отличие от нас.
— Они не просто перестали приезжать. Многие исчезли. Про город пошли дурные слухи, но вампирам плевать, а больше заняться этим некому.
Я слегка нахмурилась. Выходит, я что ли в этом виновата? Я отдала городу слишком многое и ничего не получила взамен.
— Кажется, я что-то не то сказал, — вдруг вздохнул Егор. — Вы сердитесь, но я не хотел вас обижать.
— Кажется, об этом уже все слышали, — сухо ответила я.
Егор думал, я прячусь от Эмиля. Разубеждать его не буду — в этом была крупица истины. Еще я пряталась от таких, как он. Мне уже не восемнадцать, и при слове «вампиры» я первым делом поджимаю хвост.
Я выбрала компромисс. Выдвинула ящик стола, достала упаковку стикеров и вместе с ручкой передала Егору.
— Напиши имена своих охотников.
Егор вопросительно приподнял брови, но не стал возражать. Он склонился над столом и записал имена. Под ними аккуратно вывел цифры номера телефона.
Я отклеила верхний листок и положила перед собой. Первое имя в списке было отмечено крестиком — погибший охотник, двое пропавших без вести.
— Будете проверять? — с любопытством спросил он.
— Нет, просто позвоню Эмилю и все расскажу, — буркнула я. — А тебе предлагаю забыть сюда дорогу.
Он поджал губы, кивнул и поднялся.
— Я записал свой номер, — голос перестал быть вежливым, кажется, Егор во мне разочаровался.
Он аккуратно закинул на плечо свою драгоценную сумку и покинул офис.
Я устало повернулась к окну. С крыши капало — таяли сосульки, водосточные трубы гудели. Самый разгар весны, многие ее любят, но только не я — в это веселое время мы с Эмилем познакомились. Через три недели нас насильно заставили пожениться.
Пусть теперь сам разбирается со своими проблемами.