Девочка тщательно обыскала комнату, но, к своему огорчению, утюга не нашла. Окончательно расстроившись, она натянула джемпер и вышла из комнаты. Робко оглядевшись, она медленно спустилась по лестнице, вышла в холл и пошла в ту сторону, откуда выходила Дороти. Почувствовав аромат готовящегося ужина, она пошла на запах и вскоре нашла кухню, большую и просторную. Дороти проворно порхала по комнате, быстрая, ловкая, напевая потихоньку какую-то мелодию. Она не сразу заметила безмолвно застывшую у порога девочку, а когда наткнулась на нее взглядом, вздрогнула от неожиданности, выронив тарелку, которая вдребезги разлетелась по полу.
— Пресвятая Дева, как ты меня напугала! — выдохнула она.
— О, простите… — Кэрол бросилась на пол, упав на колени у ее ног, и стала торопливо собирать осколки. — Я не хотела вас отвлекать…
— Стой! Прекрати, что ты делаешь? — растерялась женщина, невольно повысив голос в удивленном возгласе.
Кэрол подняла голову, затравлено взглянув на нее, посчитав, что та на нее сердится.
— Ничего… Я сейчас все уберу. Простите, такая красивая тарелка, как жалко…
Наклонившись, женщина схватила ее за плечи и с силой рванула вверх, пытаясь поднять с пола, но девочка вдруг сжалась и вскинула руки, прикрыв голову, словно ждала, что на нее сейчас обрушатся удары.
Женщина тут же отдернула руки, отпустив ее, и пораженно застыла на месте, смотря на нее.
Поняв, что бить не будут, Кэрол опустила руки и, не поднимая голову, поползла по полу, торопливо собирая осколки.
Девочка поднялась с пола и повернулась к ней, держа осколки в ладони.
— А где у вас мусорное ведро? И веник? Я подмету мелкие осколки.
— Не надо… я сама, — выдавила Дороти и протянула руки, чтобы забрать у нее осколки. — Давай, я выброшу.
— Нет, вы можете порезаться, — Кэрол отвела руку, не отдавая осколки.
Дороти развернулась и открыла дверцу шкафа, за которой стояло мусорное ведро.
— Сюда.
— А веник?
— Так, деточка, успокойся. Какой тебе веник? — немного пришла в себя женщина. — Всю работу по дому, включая уборку, делаю я. Тебе не положено.
Девочка уставилась на нее с таким недоумением и недоверием на лице, что Дороти чуть не рассмеялась.
— Пресвятая Дева, да откуда ж ты такая взялась! — с доброй улыбкой воскликнула она. — Так, а ну-ка, садись сюда.
Она отодвинула стул и властно указала на него пальцем.