Забрав у нее бокал, он поставил его вместе со своим на столик, и добавил в оба вина.
— Ты искренняя, преданная… какая-то настоящая, что ли. Я очень мало встречал таких людей. Я совсем другой. Мне хотелось бы, чтобы рядом со мной был такой человек, как ты, чтобы верил в меня, любил таким, какой я есть, никогда бы не предал, не отвернулся. Я долго не мог понять, почему ты так хочешь помочь Мэтту, почему так веришь в него, так предана ему. Неужели это всего лишь за доброту, проявленную когда-то очень давно? Неужели так бывает? Ты помогала мне, в больнице и потом.
— Просто я умею быть благодарной.
— Нет, ты умеешь быть преданной тем, кого любишь, и ставишь это превыше всего, даже превыше себя самой. Для меня это дико, я это не одобряю… Но мне очень хочется, что бы кто-то тоже ставил меня превыше всего.
— А разве ты сейчас на другом? Сам говоришь, никто тебя не любит, и еще смеешься надо мной за то, что я отношусь к тебе иначе, верю в то, что у тебя тоже есть сердце, и оно не из камня, как думают многие.
— Хочешь сказать, что я для тебя на том же месте, что и Куртни с Ланджем? Что мне ты тоже можешь ответить такой преданностью?
— А почему нет? Как иначе, если ты столько для меня сделал, если обратил внимание на мои проблемы, берешь их на себя, когда я тебе совершенно чужой человек? Я отвечу тебе тем же, — Кэрол нежно засмеялась. — И если тебе нужен преданный человек, то никого лучше меня ты не найдешь!
— Это я уже понял, — голос его вдруг взволновано охрип, он подался к девушке и, трепетно коснувшись ее волос, прильнул к ее губам в горячем нежном поцелуе.
— Джек… ты не понял, — заплетающимся языком пролепетала она, отодвигаясь от него. — Вернее, ты понял неправильно.
Подавив тяжелый раздраженный вздох, он впился в нее пронзительным взглядом.