— Да, вы правы, мистер Рэндэл.
— Джек, пожалуйста.
— Как скажете, Джек.
— Я консультировался с врачами, которые его обследовали. Его болезнь, все эти приступы, боль — все это у него только вот здесь, — адвокат слегка постучал указательным пальцем по виску.
— Я не совсем понимаю… Вы хотите сказать, что мой сын — сумасшедший?
— У него небольшое психическое расстройство. После того, что ему довелось пережить, это не удивительно. Ему нужно помочь. Вы должны уговорить его пройти лечение. Я знаком с первоклассным специалистом, я уже говорил с ним, и он согласился помочь Мэтту.
— Да, я понимаю, — безжизненным голосом согласилась Моника."
"— Во-вторых, вам нужно уехать. Хотя бы на время, пока здесь все не забудется. Среди населения остался немалый процент тех, кто до сих пор, не смотря ни на что, считает вашего сына виновным в этих преступлениях. Ему будет тяжело здесь жить, поверьте мне. К тому же, учитывая его и без того нестабильное психическое состояние, ему могут сильно навредить новые душевные переживания и стрессы.
— О, мистер Рэндэл… Джек! — Моника прикрыла рот ладонью, не в силах сдержать слезы. — Вы правда сделаете это для нас? Все, о чем говорите?
— Разве я похож не человека, впустую бросающегося словами?
— Нет, вы не такой, я знаю.
— Мне нечего вам ответить.
— Люди говорили о вас столько плохого, ума не приложу — почему? Как можно называть вас бессердечным и бессовестным циником, когда вы помогаете людям в самых безнадежных и тяжелых ситуациях?
Джек промолчал, задумчиво помешивая горячий кофе.
— Значит, вы за то, чтобы уехать? — уточнил он у Моники.
— И вы еще спрашиваете? Разве от такой помощи, какую предлагаете вы, отказываются?
— Я почти уверен, что ваш сын откажется.
— Почему вы так думаете? — удивилась женщина.