— Ты сохранила мой подарок, — чуть слышно шепнул он. — Поверить не могу. Чудеса, да и только!
Его пристальный взгляд ничуть не смущал Кэрол.
— Что ж, вижу, я был прав, когда говорил, что ты вырастишь красивой. А как насчет моего второго предсказания?
Девушка неопределенно пожала плечами.
— Ты все еще живешь там?
— Нет! — слишком запальчиво возразила она, и заметила, как Джек Рэндэл украдкой бросил на нее быстрый пронзительный взгляд.
— Нет, — уже спокойно повторила она. — Отец забрал меня, когда мне было тринадцать лет.
Ей было неприятно обсуждать эту тему при Джеке Рэндэле, но она не могла допустить, чтобы Мэтт подумал, что она стала такой же шлюхой, как и мать.
— Я же говорил, что все у тебя будет хорошо.
— А я тебе верила. Я знала, что ты не мог меня обмануть.
Некоторое время они молчали, неотрывно смотря друг другу в глаза.
Кэрол не могла понять, о чем он думает. Она чувствовала этого совершенно чужого человека таким родным, таким близким, как будто все эти тринадцать лет он был рядом. Она хотела, чтобы он понял, как много значила для нее их встреча в мотеле, как он дорог ей.
Ей хотелось остаться с ним наедине, чтобы все это ему сказать. В эти минуты она мечтала о том, чтобы Джек Рэндэл вдруг взял, да и провалился бы куда-нибудь.
— А как ты меня нашла? — поинтересовался Мэтт.
— Это мистер Рэндэл нашел тебя, по моей просьбе, — Кэрол кивнула на молодого адвоката, который никак не отреагировал на ее слова.
— А зачем? — в голосе Мэтта промелькнула грусть.
— Тогда ты очень поддержал меня.
— Теперь забудешь. Ведь ты знаешь, за что я здесь?
— Знаю.
— И все равно пришла.
— Да. Потому что я не верю. Я знаю, что ты не такой.
Мэтт не поверил собственным ушам, пораженно приоткрыв рот. Потом горько усмехнулся и потупил голову. Кэрол ждала, что он на это скажет, но он молчал, и она почувствовала, как в груди разливается неприятный цепенящий холод.
— Мэтт, — голос ее дрогнул. — Скажи мне это. Правду.
Она не заметила ехидную ухмылку, скривившую губы Джека Рэндэла, который при ее словах поднял взгляд на Мэтта. Зато заметил Мэтт, и в его глазах, встретившихся с холодным взглядом незнакомца, загорелась неприязнь.
— Милая девочка, мой преданный маленький котеночек, ты единственная, кто усомнился в моей вине, — он потянулся к ней скованными руками, желая прикоснуться к ее пальцам.