Дани перевела внимание на свой телефон.
Сегодня утром ей пришло сообщение от Вити. Он извинялся и просил её ответить на сообщение.
С губ Даниэлы сорвалась горькая усмешка.
Так вовремя, Вить... что аж тошно. Почему ты не отвечал вчера? Почему отпустил меня вечером одну? Почему не настоял?
Тебе бы настойчивость Гордеева.
Так и не ответив Виктору, Дани выключила телефон и, упав на кровать, по десятому кругу погрузилась в собственные мысли.
— Дань? — послышался тихий стук, а затем дверь слегка приоткрылась, — в университет не собираешься?
Мама заглянула в комнату, заставая дочь, распластанную на не заправленной постели.
— Мне к третьей, — лжёт и нехотя прикусывает нижнюю губу, — поваляюсь ещё немного.
— Я поняла, — кивает Марина, окидывая дочь проницательным взглядом. Не спрашивай, мам. Ни о чём больше не спрашивай. — Я видела, что тебя вчера привёз Егор.
Черт...
— Да, — на выдохе.
— Всё нормально? Я смотрю, вы в последнее время контактируете чаще обычного...
— Раньше его не было в городе, мам. — смутилась и отвела взгляд. Уставилась в окно, не зная, куда деть глаза.
— Я о том, что в школе вы не особо общались.
Даниэла невольно задержала дыхание. Раньше они никогда не обсуждали эту тему. Почему? Что сейчас изменилось?
— Это же школа, мам, — попытка разрядить обстановку нервным смешком, оказалась не очень удачной. Дани снова взглянула на мать и сразу поняла, что та чувствует какой-то подвох, — его пубертат не позволял ему общаться с мелочью вроде меня.
Девушка подкатила глаза для пущей убедительности, мысленно уговаривая себя успокоится. Сделать всё возможное, чтобы голос не задрожал. Но пальцы машинально сжались в кулаки, а ладони моментально стали влажными. Мерзость..."
"— И? У вас получается? — Марина облокотилась спиной на дверной косяк и вопросительно взглянула на Даниэлу, — я имею в виду общение. Он... немного замкнут.
— Замкнут? — Дани выгнула брови. Да ладно? Если это так, то он очень виртуозно это скрывает. Судя по тому, как Егор себя ведёт... о какой замкнутости может идти речь?! Он даже в её доме ведёт себя как хозяин!
— Ну... — женщина заправила за ухо светлую прядь и прошагала к кровати. Села рядом с дочерью. — Тамара всегда переживала из-за этого. Егор нелюдим, на самом деле. Вы мало общались, и ты многого не знаешь...
Кажется, сказав это, её мать тут же пожалела об этом.