Та вскрикнула и сделала «ход конем», радостно сообщив трубке:
– А вот и Мариночка вернулась, позвать ее?
Маруся кряхтела на полу, осматривая повреждения. Больше всего пострадала пятая точка, но как она ни изворачивалась, оценить масштаб урона не получалось. Изогнувшись, Маруся старалась заглянуть себе за спину, поэтому ее «алло» прозвучало по-стариковски глухо и хрипло. На том конце провода был Виктор.
– Марина? – на всякий случай уточнил он.
– Мне больно, – решила разжалобить кавалера Маруся.
– А уж мне-то как больно! – злобно сообщил кавалер вместо ожидаемого присюсюкивания.
Решив, что Виктор имеет в виду душевные муки, Маруся почувствовала себя виноватой и на всякий случай всхлипнула.
– Нам надо поговорить, – сурово продолжил он, не поддавшись на провокацию.
– Приходи к нам, – неуверенно произнесла Маруся, вопросительно глядя на маму.
Валентина Макаровна уже поднялась с пола и старательно отряхивалась перед зеркалом, не глядя на дочь. Она сильно ударилась и очень сердилась.
– Сейчас буду, – процедил Витя.
– Ма, – тихо сказала Маруся, – он сейчас будет.
– Вот и хорошо.
– Ты же сама хотела познакомиться…
– И что дальше?
– Надо бы стол накрыть, приготовить что-нибудь.
– Так давай, дерзай! – Мама рассматривала ушибленный локоть.
– Чего приготовить-то? – грустно спросила Маруся.
– Что хочешь, – усмехнулась мама и ушла в комнату.
Глава 2
Маруся не знала, что приготовить, поскольку кулинарный опыт у нее был минимальный: макароны, яичница, вареная картошка.
«Для первого раза не так уж плохо», – подумала Маруся, украшая кособокие сооружения из продуктов кусочками помидоров и огурцов.
С огурцами все оказалось просто, а с томатами возникла заминка. Резались они криво, сок немедленно вытекал, и аккуратный круглый овощ на глазах превращался в бесформенную кашу. Заляпав весь стол, Маруся наконец закончила создание кулинарных шедевров.