Федор оказался не виноват. Все затеяла Наина, желая поссорить Ларису с соседкой. Та, по мнению девушки, настраивала мать против нее. Подсознательно она просто боялась потерять мать, поэтому каждый, кто пытался сблизиться с Ларисой, становился врагом номер один. Федор Ларисе ничего не объяснил, лишь молча выслушал истерику и понаблюдал, как любимая женщина демонстративно громит его квартиру в поисках своего золота. Но вернуть требуемые драгоценности он не мог, потому что не брал.
Тут будет реклама 1
Пока Лариса вышвыривала из шкафов белье, причитая, что подарки своим бабам надо покупать, а не воровать у слепых дур вроде нее, Федор спустился в ее квартиру и молча попер на открывшую ему дверь Наину. Именно она дала ему вчера злополучное колечко, заявив, что Лариса стесняется поздравить Галину сама. Федор потом удивлялся, почему он, взрослый, многое повидавший в жизни человек, повелся на столь незатейливую ложь.
Тут будет реклама 2
Но факт оставался фактом: Федор взял колечко, поражаясь чуткости и доброте избранницы, и, присовокупив букет цветов, сходил к Гале.
Наина попыталась изобразить непонимание и даже позвать на помощь, но Федор тут же расписал ей перспективы: его отпечатков на шкатулке нет и быть не может, зато там есть ее пальчики, поэтому за кражу драгоценностей у матери в случае возбуждения уголовного дела сядет не он.
Тут будет реклама 3
В разгар разборок в комнату вернулась Лариса. Услышав последнюю часть беседы и увидев перекошенное от бешенства лицо дочери, она едва не потеряла сознание. Наина частично добилась своего: общаться с Галей после случившегося мать уже не смогла. Соседка, краснея, вернула кольцо, и, хотя Лариса не хотела брать его, говоря, что это действительно подарок, замять историю не удалось.
Тут будет реклама 4
Мария Митрофановна разнесла подробности по всему дому и окрестностям. Единственное, что радовало в этой ситуации: Федор не отступился, хотя приходить перестал, активно приглашая Ларису на свою территорию.
Глава 17
Дата родов приближалась. Пора было идти по детским магазинам, но Валентина Макаровна категорически запретила даже думать о приданом для малыша.
