Тот стоял за моей спиной и странно на меня смотрел.
- Пошли домой, ребенок. - Я взяла пакеты, брошенные на снег, подхватила его под локоть, и повела домой.
Едва мы вошли в лифт, как Левка тихим голосом сказал:
- Спасибо.
- За что? - Не поняла я.
Он только промолчал, пожав плечом, и отвел взгляд. Ох, как сложно-то со всеми. Хотя, у меня просто никогда ничего и не было.
Дома мы первым делом накормили и помыли котенка, показали, где лоток, а где его подстилка. Правда, лично я никогда не видела, чтобы кошки спали на таких подстилках.
Потом я полезла в аптечку и нашла у Дубенкова нехилые запасы перекиси водорода. Видимо, особенности работы не позволяли обходиться лишь зеленкой. На то, чтобы ободрать с Левки одежду, убедив его раздеться до трусов, ушло еще полчаса. Слава богу, под одеждой у него оказался лишь один синяк на лопатке. Все остальное - это ссадины на лице и руках. Не смертельно, но неприятно.
А ночью меня разбудил плач. Я спросонья даже не поняла, что происходит. Подняла голову от подушки и прислушалась. Точно, глухие всхлипы доносились из-за стены, где Левкина комната.
Быстро встала, стряхнув со своей подушки спящего котенка, закуталась в халат и побежала к ребенку в комнату. Испугалась очень сильно, вдруг у него повреждения не заметила какие-нибудь, а ему теперь больно.
Ворвалась в комнату, и застыла: Левка спал на своей кровати. Осмотрела комнату, больше никого в ней не нашла и снова взглянула на ребенка. Вдруг он завозился, свернулся калачиком и громко всхлипнул. Блин, что делать то?
Осторожно подошла и погладила его по щеке. Мокрая. Точно плачет во сне.
- Тшш, - вырвалось автоматически, а Лев схватил мою руку и прижал к своей щеке. Пришлось сесть на краешек кровати, и снова погладить мокрую щеку.