Кто проводил ей УЗИ в двенадцать недель?
– Так Вера Семенова, я кое-как уладил ваш конфликт, но видишь, как вышло? Амалия получила вчера результаты генетического исследования, все подтвердилось. Её пацан с синдром Дауна.
Представляю, как счастлив Юра…
Интересно, почему они сами не позвонили? Решили действовать исподтишка? Ударить по тому, что для меня наиболее ценно – деловой репутации…
– И что она собирается делать с ребенком? – бесцветно спрашиваю я.
– Она хотела избавиться… Но! Как всегда, есть факторы непреодолимой силы – отрицательный резус-фактор и высоченный уровень антирезусных антител.
– Мне стоит волноваться, Василий Федорович? Разве я могла увидеть что-то на восьмой неделе беременности?"
"– Нет, Варя. Она ничего не добьется, ты же понимаешь? Потеряет время и деньги, а толку-то… Ноль. Здорового ребенка никто ей не подаст на блюдечке. Спокойно работай, мы сами все разрулим.
Завершаю вызов, пытаясь осознать услышанное.
Глава 24.
Глава 24.
Варвара.
Из ординаторской доносятся крики.
Нонна Маратовна обвиняет меня в некомпетентности и невоспитанности, а Иван Николаевич монотонно её успокаивает.
– Я не виновата ни в чем! – кричу, толкая дверь и влетая в кабинет.
– Вот она, явилась. Наболталась по телефону? Помогли тебе советчики или…
– Я спасла вашу невестку от неминуемой гибели. Вам рассказать подробности? Описать, как она выглядела, потеряв два литра крови? Реаниматолог двадцать минут оживлял её.
Повисает гробовая тишина… Нонна Маратовна какое-то время таращится на меня, а потом, крутанувшись на пятках, покидает кабинет…
– Я не могу сегодня работать, – шепчу чуть слышно.
– Поезжай домой, Варь. Справимся, – кивает Ксения.
Когда уже черная полоса закончится?
За что мне такие испытания, Господи?
Коллеги понимающе молчат. Да я и не готова сейчас откровенничать…
Сглатываю предательские слезы и торопливо выхожу в коридор.