Как я оказалась в море, если еще вчера засыпала в доме лорда Стейна? Единый! Точно, Стейн!
Я подскочила и едва не застонала от боли, пронзившей ногу. Та занемела, и теперь ее кололо тысячами иголок. А упершийся в меня взгляд черных глаз – настойчивый, въедливый, недружелюбный – заставлял вспоминать, как я оказалась в спальне Стейна. И не только в спальне, но и практически в его постели. Мать-Заступница! Кажется, вчера лорду было плохо, и Олли требовал от меня спасти хозяина. Да, точно.
Я моргнула, потерла глаза, убирая остатки сна, и быстро огляделась по сторонам.
"Я снова посмотрела на лорда, и в памяти всплыли подробности минувшей ночи. Рес! Я ведь так и не пережала каналы, и Стейн, судя по сияющей арке, вытянул из меня немало силы.
– Ну? – Нарушил молчание Стейн, продолжая сверлить меня ледяным взглядом.
– Простите?
– Я жду объяснений, – сухо сказал лорд. – Что вы забыли в моей комнате и почему ночевали на моей… постели.
Видимо, Стейн в последний момент заменил слово грудь более нейтральным.
– Ночью вам стало плохо.
Я уставилась на Стейна, а тот скептически приподнял бровь и спросил:
– И что?
– Я оказала вам помощь. Правда, немного не рассчитала силы и присела у кровати, чтобы отдохнуть. И, похоже, уснула.
Я не считала нужным оправдываться, просто перечислила факты.
– И откуда вы узнали, что мне плохо?
– Так ваш…
Я осеклась, глядя на появившегося прямо из воздуха Олли. Духовик суматошно подпрыгивал на тумбочке, отчаянно мотал головой и умоляюще протягивал ко мне руки.
– Не говори хозяину! – Прошептал он и посмотрел так, словно это был вопрос жизни и смерти.
В выпученных глазах отражался такой ужас, что я невольно запнулась.
– Я жду, тера Экман, – поторопил меня Стейн.
– Вы стонали, и я зашла посмотреть, не нужна ли помощь, – оторвав взгляд от перепуганного духовика, пробормотала в ответ.
– И тем самым нарушили наш договор, – бесстрастно произнес лорд, но его лицо выглядело таким суровым, что мне стало не по себе.