– Кем тебе приходится эта девушка?
Не знаю, как вообще у меня это вырвалось, почему при упоминании о какой-то незнакомке у меня внутри все заныло от неприятного предчувствия. И, задав вопрос, я вдруг поняла, что уже не хочу слышать ответ.
– Она дочь моего друга, – произнес отец, и я даже испытала разочарование, поняв, что ошиблась. Мне почему-то показалось, что речь пойдет о какой-нибудь его внебрачной дочери. – Аделина, я очень тебя прошу… – Тон отца вдруг изменился на почти умоляющий, и это было даже слегка неловко – мой отец владел крупной фирмой, работал на международном уровне и никогда ни о чем никого не просил.
– Я поняла. Пусть приезжает, дай ей мой номер.
– Спасибо, дочь.
Хорошо, что в этот момент он не мог видеть выражение моего лица. Дочь…
– Кто это звонил в такую рань? – пробормотал сонно Матвей, сбрасывая с головы подушку.
– Отец.
– Да? – Мгновенно стряхнув остатки сна, муж сел в постели и посмотрел на меня внимательно.
– Сама не поняла, – призналась я со вздохом и завалилась на кровать, по-прежнему сжимая в руке телефон. – Но чувствую, что согласилась на какую-то аферу.
– Чего он хотел?
– Чтобы в моей клинике дождалась получения документов на выезд за границу какая-то дочь его друга. Понятия, кстати, не имею, о ком речь.
– А у тебя теперь отель со всеми удобствами?
– Вот я тоже об этом спросила, но отец вдруг начал говорить умоляющим тоном, и я… ну, понимаешь… короче, сломалась.
– И ты решила, что обязана рассчитаться?
Я повернулась на правый бок, подперла голову кулаком и посмотрела на Матвея:
– Ты не одобряешь?
– Можно подумать, что-то изменится от моего неодобрения. Ты ведь уже приняла решение.
– Скажем так – я не отказала. Да и что может случиться, если одну палату займет какая-то девушка? Не обеднею.
И, словно в ответ на мои слова, телефон пискнул оповещением о пришедшем сообщении.
– Не нравится мне это.
– Ты просто отца моего не знаешь.
– И что – он великий филантроп и благотворитель?
– Матвей, не смешно."
"– Да я и не смеюсь.