Бело-фиолетовый букет почему-то поднял мне настроение, да и вообще сегодняшний день сложился как нельзя удачно, чего не случалось уже довольно давно. Светка, с порога кухни втянув ноздрями запах свежих, еще теплых сырников, блаженно закатила глаза:
– О, мой бог… Надька, ты волшебница.
– Ешь, – засмеялась я, придвигая к ней тарелку и вазочку со сметаной.
– Слушай, а ты сегодня того… молодцом, – окуная сырник в сметану, заметила подруга. – Даже не верится.
– У меня есть новости.
При этих словах Светкина рука замерла с недонесенным до рта сырником:
– Не тяни, выкладывай!
– Во-первых, я нашла папину записную книжку.
– Надька!!! – взвизгнула подруга, даже на табуретке подскочив в нетерпении.
– Погоди…"
"Я сбегала в спальню, принесла книгу, задернула шторы на окне под недоуменным взглядом Светки и, опустив шкатулку на стол, открыла ее. Жук сверкнул брюшком так ярко, что Светка невольно ахнула:
– Ой, мамочки… это что же – изумруд?!
– Похоже на то.
Аккуратно, даже не дыша, Светка извлекла брошь из шкатулки и поднесла к глазам:
– Черт возьми… Надюшка… это ж с ума сойти… и бриллианты… Ты хоть представляешь, сколько это стоит?!
– Только в общих чертах, – призналась я. – Но меня другое занимает. Я понятия не имею, что это и откуда в нашей квартире взялось. И второе – если мама знала, то почему не продала? Там еще деньги были, полторы тысячи долларов.
Светка, по-прежнему держа жука на ладони, посмотрела на меня поверх очков:
– Может, это не она положила?
– Тогда кто? И папина книжка всегда лежала в ящике стола, я ее сто раз там видела, а нашла тоже в этой книге. Кстати, ее я тоже вижу впервые.
Светка осторожно погладила жука пальцем по брюшку, покрутила ладонь, ловя гранями камня блики.
– К вам приходил кто-то в последнее время? Ну, я имею в виду, когда мама еще была жива?
– Откуда я знаю? При мне – нет, но без меня-то… Но ты же не думаешь, что кто-то подкинул эту шкатулку? Как туда записная книжка тогда попала? – возразила я.
– Н-да… – протянула Светка, аккуратно укладывая жука назад в шкатулку. – Но теперь-то мы все равно этого не узнаем. Давай лучше подумаем, как поступить. Можно ведь попробовать продать.