— Мой опекун одобрил это суждение.
— Прекрасная мысль! — сказал он. — Оставьте здесь вашу свиту. Нам понадобится лишь пара лошадей. О мой царевич, поедем-ка мы в Хорезм!
Так мы и сделали. Достигнув Хорезма, мы поселились на постоялом дворе, где нас сочли обыкновенными путешественниками. Наутро после приезда мы отправились осматривать городские улицы, мечети и прочие постройки, но из всех достопримечательностей особенно удивились одной: невысокая стена ограждала обширный участок земли; над нею на равном расстоянии друг от друга вздымались башни.
— Вы, я вижу, действительно чужие в этой стране, если не знаете, что все находящиеся здесь юноши — безумцы, лишившиеся рассудка от одного взгляда на дочь нашего султана.
— Посмотрите, — сказал я своему наставнику, — вот те юноши, кажется, помешались совсем недавно!
— Именно так, — подтвердил хорезмиец, — и скорее всего сегодня.
Услышав это, я бросился вперед. Хусейн крикнул мне вдогонку:
— Куда ты?
И я ответил, что спешу взглянуть на султанскую дочь: она скорее всего сейчас играет поблизости. Покуда хорезмиец рассказывал моему наставнику какие-то подробности относительно здешних обычаев, я пробирался вперед с криком:
— Идем же, Хусейн! Посмотрим на тех, кто только что помешался от страсти! Следуй за мной!
Мой опекун старался от меня не отстать, заклиная именем пророка Мухаммада не подвергать себя опасности и не смотреть на дочь султана в том случае, если эта удивительная красавица действительно окажется рядом.
Пока мы проталкивались туда, где обычно играла прекрасная Разие — так звали дочь султана, я успокаивал Хусейна:
— Оставь ты смешные страхи! Мало ли что трубит молва о ее красоте! Уж мне-то не грозит опасность влюбиться в нее с первого взгляда!
Но мой наставник в ответ только вздыхал.