Однако этой же ночью последний вновь пришел в загородный дом Хабиба, где я отдыхал, и передал мне записку:
«Ваша беседа с моим слугой скорее обрадовала меня, нежели огорчила, и эта радость еще усиливает нетерпение, с которым я ожидаю случая Вас увидеть. Если воспоминание о Ханзаде в самом деле Вам дорого, то скоро мы оба сможем достичь желаемого».
Хотя это послание и привело меня в замешательство, я после недолгого размышления решил последовать за этим слугой. Он привел меня в какое-то малоприметное здание и там оставил в одной из комнат, сказав:
— Подождите, сейчас я приведу мою госпожу.
Вообразите же, что я почувствовал, когда увидел пришедшую с ним женщину — это была Ханзаде!
— Абу-л-Фарис, — прошептала она, — не думай, что я призрак… Я — истинная, живая Ханзаде! — и она рассказала мне о том, как один из жрецов помог ей спастись.
— Но дорогая моя госпожа, — сказал я, — никто не заставлял вас силой следовать за мужем в мир иной! К чему было предпринимать весь этот сложный обман?
— Я вынуждена была так поступить, — отвечала красавица, — ради того, чтобы перейти в твою веру.
Я бросился к ее ногам.
— Так все это было сделано ради меня? — воскликнул я. — О, благодаря тебе я сделался счастливейшим из смертных!
— Не радуйся так своей удаче, — возразила она, поднимая меня с колен, — сейчас Ханзаде уже не та завидная невеста, что была прежде! Городской наместник взял с меня большой выкуп за разрешение подвергнуться ритуальной казни, а жрецы потребовали себе большую часть оставшихся у меня богатств…
— Как ты жестока, — ответил я ей, — как ты можешь предполагать, что моя любовь и верность тебе были всего лишь расчетом? Нет, о прекрасная Ханзаде, когда ты выставила мне напоказ все сокровища своего дворца — помнишь? — да будет небо свидетелем, я всей душой мечтал об одной лишь тебе!"
"Так, рассказав все друг другу, мы решили как можно скорее отправиться в Басру Я взял нескольких верных слуг, простился с хозяином дома и еще до рассвета вместе с Ханзаде поднялся на борт корабля.
Она в присутствии свидетелей отреклась от язычества, затем судья спросил, согласна ли она стать моей женой.